Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 13 – Лена Лорен

И пока женщина не начала строить догадки насчет моего нового знакомого, я спешу разъяснить ситуацию.

— Да на самом деле история стара как мир. Вроде как Степан нашел себе новое увлечение, а мы с Катюшей стали не ко двору, — говорю я как можно тише и снова вздыхаю тяжко, мысленно проклиная на чем свет стоит длинный язык Богдана Никольского. — В общем, как-то так.

— Да тьфу на него! — с брезгливой гримасой ругается тетя Люба, плюясь в сторону. — Ты не переживай, Наташ, бог отвел, как говорится. Ты девка молодая, красивая, хозяйственная, найдешь еще себе мужчину достойного. Кто знает, может, он сам тебя найдет, — произносит она, стреляя глазами в Богдана Никольского, а тот снова вставляет свои пять копеек, восклицая:

— Абсолютно с вами согласен! Никогда не поздно начать жизнь с чистого листа. Так почему бы не начать ее в новом городе? Побудете моими гостями, пока не встанете на ноги, а дальше видно будет. Сразу отмечу, за проживание ни копейки с вас не возьму.

Да с чего вдруг такая невиданная щедрость? Подозрительно всё как-то.

— А этот молодой человек дело говорит, — одобряет тетя Люба, а затем прищуривает свои зенки. — Извините, а я могла вас где-то раньше видеть? Лицо у вас уж больно знакомое.

— Сомневаюсь, я в ваших краях впервые, — отрезает Богдан, сразу же разворачивается к тете Любе спиной и меняет тему: — Если пожелаешь, я могу подключить своих людей. Они найдут санаторий, где отдыхает твоя бабушка, съездят до него и объяснят ей всю ситуацию. Но до тех пор вы поживете у меня. Что скажешь, Кать?

— Я согласна! — восклицает дочурка, даже не раздумывая, и дергает меня за руку. — Мам, и ты соглашайся.

Я в шоке от Кати, но ей это простительно. В данной ситуации меня больше всего возмущает поведение Богдана Никольского.

Кто давал ему право воздействовать на ребенку путем запугивания?

Он же реально жути больше нагоняет, пользуясь восприимчивостью и наивностью Катюши.

— Катя еще дитя, и она такие вопросы не решает, — твердо даю понять, что это не обсуждается.

— А никто и не спорит, что Катя еще дитя, но тебе всё же стоит к ней прислушаться, — давит Никольский, да с такой самодовольной ухмылкой, что у меня пропадает всякое желание и дальше вести этот бессмысленный диалог.

Не поедем мы к нему. Еще чего! Да я его даже не знаю! Мне вообще неизвестно о нем ничего, кроме того, что он носит вычурные костюмы, пользуется услугой личного водителя и любит решать за других людей.

— Пока вы не уехали, скажите мне свой адрес, — обращается тетя Люба к Богдану Никольскому и достает из кармана халата блокнот с ручкой. — Не поймите меня неправильно, это нужно в целях безопасности. Вдруг Наташу с Катей придется искать, а мы адреса не знаем.

— Конечно, записывайте, я вам и свой номер телефона дам на всякий случай.

Без каких-либо возражений Богдан Никольский диктует ей сначала адрес, из чего следует, что живет он в соседнем городе-миллионнике. Впрочем, это было ожидаемо.

Следом диктует и номер телефона. Такой простой, что я невольно запоминаю его наизусть.

— А за Наташу с Катей можете не беспокоиться. Теперь они находятся в надежных руках, — заявляет мой новый знакомый.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — улыбается тетя Люба, попавшая под чары мужчины.

И где-то через полтора часа мы въезжаем на огороженную территорию двухэтажного дома, выходим из машины во двор, и я впадаю в ступор. Челюсть отвисает чуть ли не до пупа.