Книга Развод в 50. Двойная жизнь мужа, страница 81 – Анастасия Петрова, Селин Саади

Нервный смех слетает с губ, и я встаю со стула.

Не верю в услышанное. И прежде чем волна гнева полностью накроет меня, оборачиваюсь и задаю вопрос:

— А Пашу твоя Марта примет, если ты упечёшь меня в психушку? — цежу сквозь зубы, глядя на него. — В этом твой план?! Закрыть неугодную любовницу, забрать больного сына — и что дальше, Гордей?! Твоя правильная интеллигентная жена смирится с этим? Будет помогать подмывать его?! Кормить?! А?! Об этом ты подумал?! — выстреливаю пулемётной очередью эти вопросы, злорадно усмехаясь, потому что знаю — нет.

Ни хрена из этого та дамочка не примет.

— Ольга, — предостерегающе звучит он.

— Что?! — подхожу ближе к нему.

Касаюсь его груди, поглаживая, и тянусь к пуговицам. Только он грубой хваткой отшвыривает мои руки.

— Что?! Неприятно уже?! — всматриваюсь в его лицо. — Уже не хочешь?!

Растягиваю кардиган, а под ним тяну блузку в разные стороны, оголяя бра цвета слоновой кости.

— Больше не возбуждаю, Зарудный?! — демонстрирую ему и смотрю в глаза.

Он встаёт со стула и одним движением рук запахивает мою одежду. А я даже не замечаю, как текут слёзы из глаз.

— Ты, Оля, подменила реальность. С той самой первой ночи, после которой забеременела, — говорит он равнодушно и абсолютно без эмоций. — Я же ту ночь так и не вспомнил, верно? И только ДНК-тест убедил меня… А сейчас я повторять не буду. Либо ты добровольно лечишься, либо я туда тебя насильно положу. Принимай, как хочешь.

После этого он разворачивается и уходит, а я бессильно рычу, а затем кричу в потолок кухни.

Пятнадцать лет назад

Во рту мерзкое ощущение. Будто и вправду туда насрали, на душе примерно так же. Еще какой-то странный привкус чеснока… Господи.

Мне даже не хочется открывать глаза, не хочется начинать этот день. Но нужно. Я взял билет на вечерний рейс, чтобы полететь к семье. Поэтому сейчас мне нужно приложить максимум усилий для того, чтобы встать, принять душ, выпить самый крепкий кофе и собрать вещи.

Правда, сердечко знатно постукивает и руки трясутся. Всё же мне не двадцать для таких доз алкоголя.

— Доброе утро, — голос доносится откуда-то сбоку. Наверное, это галлюцинации. Допился, бля.

В квартире точно никого не может быть, а голос моей Марты я узнаю за секунду. Этот же женский мне незнаком.

С галлюцинациями не разговаривают, поэтому я ничего не отвечаю.

— Я принесла тебе минеральную воду, она с магнием, поможет тебе быстрее восстановиться. И ещё нужно выпить сорбент — он выведет распад этанола из организма.

Бля, реально что ли крыша едет?

Наконец нахожу в себе силы открыть глаза. Яркий солнечный свет, такой непривычный для Питера, бьёт по глазам. Морщусь, желая в эту же секунду сдохнуть.

Однако я понимаю — спальня не моя. Вид из окна — тоже не мой. Сердце, и без того скачущее, подпрыгивает к горлу от тревоги.

Недавняя моя знакомая сидит на кресле в углу комнаты. На ней шелковый халатик, ноги подтянуты к груди. Смотрит внимательно на меня огромными, мать его, влюблёнными глазами.

— Будешь завтракать?

— Что я здесь делаю?

Резко сажусь на кровати, пряча лицо в ладонях и растирая его до красноты.

Чувствую, как нарастает пиздец в душе, образуя огромную дыру. Перед глазами — лицо Марты, которая разочарованно качает головой. Я в дерьме.