Книга Любовь после развода, страница 67 – Мария Высоцкая

Несмотря на весь трэш, что вчера случился, я не мучилась кошмарами. Может быть, конечно, всю эту дичь разбавила новость о том, что до Ершова добрался бумеранг, не знаю. Не скрою, что я позлорадствовала, конечно. Даже если лично б его сейчас увидела, не смогла бы не съязвить. Слишком много боли он мне причинил.

Поднимаюсь с кровати, надеваю спортивный костюм, который Марина Александровна мне еще вчера любезно одолжила, и выхожу из спальни. Из вещей у меня только джинсы, свитер, ботинки да пальто с телефоном и карточками. Остальное осталось в чемодане у родителей на квартире. Я ведь сбежала. Трусливо, наверное, но, если бы осталась, с ума бы сошла. Честно.

Они не хотели меня слышать. Не хотели даже попытаться понять.

Выхожу в просторную прихожую и лениво потягиваюсь. Квартира у Шалимовой большая. Четыре комнаты, в самом центре. Жилой комплекс новый и, по здешним меркам, очень элитный. В Москву Марина Александровна не переезжает, ей здесь привычней. Плюс за нашей вечерней болтовней я выяснила, что у нее есть мужчина. Вместе они не живут, но видятся часто.

Она столько лет жила одна, что уже просто не представляет и где-то даже не хочет жить вдвоем. У каждого уже давно свой образ жизни, привычки и, что немаловажно, уважение к личному пространству. Шалимовой просто не хочется превращать любовь в бытовуху. Вот и все. Так она и сказала – дословно.

— Доброе утро, – захожу на кухню.

— Доброе, Алин. Рано ты. Я думала, подольше поспишь, старалась не шуметь.

— Привычка, – пожимаю плечами. – Вам помочь?

Смотрю на стол, заваленный продуктами для салата. Марина Александровна готовит, причем на обычный завтрак это не похоже.

— Только если есть желание. Максим уже приземлился, скоро приедет. А я немного не успеваю.

— Тогда говорите, где взять нож.

— Вон там, в ящике.

— Ага, – вооружаюсь.

— Овощи дорезай, а я пока мясо проверю и салат заправлю.

— Хорошо.

Судя по утренней суете с едой, Максим и правда летит сюда. Почему-то, когда думаю об этом, покрываюсь мурашками, а сердце так странно себя вести начинает, словно предвкушает эту встречу, что ли.

Неужели он и правда ради меня вот так взял и сорвался? Неужели…

Пока режу помидоры, пытаюсь вспомнить, а когда хоть кто-то делал что-то ради меня? Не о подарках речь и не о красивых жестах. А вот о такой банальной защите и заботе.

Лёша просто притворялся хорошим, родители всю жизнь опекали Костика, а никаких близких людей у меня больше и не было. А тут…

Когда раздается звонок в дверь, вздрагиваю и едва успеваю крепче сжать нож, чтобы не уронить его на пол. Марина Александровна, еще сильнее взбодрившись, идет открывать дверь, а я быстренько мою руки под холодной водой и прикладываю ледяные ладони к щекам. Нервничаю дико. Я будто в первый раз Максима сейчас увижу. Нет, то, что взгляну на него под другим углом, точно.

Слышу смех, бас Макса и робко выглядываю в прихожую. Мы с ним как-то сразу глазами встречаемся, и я краснею.

— Привет, – взмахиваю рукой. Макс кивает. Проходится по мне взглядом, таким, будто сто лет не видел.

Серьезный такой, с легкой щетиной, видно, что невыспавшийся. С дороги все-таки. Но все равно внутри что-то отзывается.

— Максим, раздевайся, проходи, не стой в дверях. Мы с Алиной почти все приготовили уже. Ты голодный?