Книга Любовь после развода, страница 55 – Мария Высоцкая

— Она любит преувеличивать. Нормально все.

Брат закидывает мою сумку в багажник «Волги», выкидывает в сугроб окурок и забирается вперед, на сиденье рядом с водителем.

— Алина, – Вася поворачивает голову. Видит меня в проеме кресел. – Привет!

— Привет, Вась. Как дела?

— Потихоньку. Какая ты стала, не узнать. Городская, Костян.

— А то! – Костик смеется. – Это мы тут провинция, а она у нас Москва теперь.

Откидываюсь затылком на подголовник и прикрываю глаза. Вот он, родной дом во всей красе, а я ведь еще даже до родителей не доехала.

По дороге парни заезжают на заправку и недвусмысленно намекают, что мне было бы неплохо подкинуть им денег на бензин, они ж меня ехали, встречали…

Ну да, я ведь не в курсе, что такое такси. Сама бы явно не добралась.

Наличных у меня нет, поэтому приходится выйти из машины, чтобы заплатить за бензин картой. Ко всему прочему беру себе стаканчик кофе. Пока наливаю, парни стоят над душой и торопят меня, будто я могу как-то ускорить работу кофемашины.

— Дома бы попила, у матери этого кофе хоть одним местом жуй, – ворчит Костик. – Опаздываем теперь.

Крепко сжимаю пальцами стаканчик и молча выхожу на улицу. До квартиры, где теперь живут семьи Кости и моих родителей, едем минут двадцать. Все это время в машине периодически открываются форточки, чтобы парни покурили.

К концу этой прекрасной поездки я просто задыхаюсь от табачной вони и очень хочу надеть шерстяные носки, потому что пальцы на ногах вот-вот отвалятся.

— Сигналь давай, – отдает команду брат, и Вася начинает бибикать у подъезда.

Боже, какой стыд. Я ведь и забыла уже, как мы раньше жили. Это вот нормальным же считается. Тут каждый второй вот такой вот экземпляр. Раньше, когда я ходила в школу, мы жили в неблагополучном районе, и, когда родители продали там нашу трехкомнатную квартиру, сняли все свои сбережения со счета, купили дом и съехали оттуда… Божечки, как же я радовалась. А теперь вот снова то же самое. Однушка в забытой богом пятиэтажке, а рядом завод, из труб которого круглосуточно валит какой-то черный дым.

Судя по состоянию двора и этих серых пятиэтажек, денег с продажи дома после погашения Костиных долгов осталось в разы меньше, чем намекала мать. Если им хватило на однушку лишь здесь, все, что у них было, максимум тысяч восемьсот. Из трех-то миллионов…

Мои мысли прерывает телефонный звонок, сую руку в карман, а когда смотрю на экран, впадаю в легкий ступор. Это Максим.

Разница во времени с Москвой у нас два часа. И если здесь восемь утра, то в Москве еще шесть. Он в это время чаще всего только просыпается.

Вылезаю из машины и отхожу в сторону, чтобы принять звонок.

— Привет, – понижаю голос и краем глаза наблюдаю, как брат с Васькой вытаскивают из багажника мой небольшой чемоданчик. Рассматривают.

— Привет, ты уже на месте?

— Да, вот у дома стою, – оглядываю двор.

— И как там?

— Честно, – перехожу на шепот, – раньше мне казалось, что было лучше.

Макс смеется.

— Слушай, ты обратно билеты брала?

— Нет еще.

— Моя мама навестить Ади собирается, вроде как тоже через пару дней ехать планирует. Можете состыковаться.

Нервно переступаю с ноги на ногу.

— Алин, ты меня слышишь?

— Да-да. Думаю просто, как лучше.

— Я тебе номер скину, ты ей позвони.

— Ладно. Как Адель?