Книга Любовь после развода, страница 26 – Мария Высоцкая

Тру лицо и подхожу к подоконнику. За окном метет вторые сутки. Смотрю в окно, а там десятки таких же горящих квадратиков, и в каждом своя жизнь. Меня же словно в воздухе подвесили. Все изменилось, а я, кажется, просто не успеваю за этими переменами, бегу, а догнать никак не могу.

— Я соскучилась. Полгода тебя не видела, дочь.

— И я. Приеду, если получится вырваться. Обязательно приеду.

— Хорошо. На работе все нормально?

— Отлично, мам.

— Уйти не надумала еще?

— Зачем?

— Сама говорила, Лёша против.

— Мы это уладили уже.

— Да? Это хорошо. Надо уметь разговаривать, Алин. Надо.

— Конечно, – поджимаю губы. Разговор начинает не то что утомлять, скорее, я с каждой секундой становлюсь более нервной и боюсь проколоться.

О Лёше я сейчас ничего слышать даже не хочу. А мама, будто специально, все про него да про него.

— Представляешь, – чуть повышает голос, – Маринке Шалимовой, говорят, сын машину подарил. Крутую какую-то. Она на старость лет права получила, – звучит осуждающе.

Я прямо вижу, как мама качает головой. Она всегда недолюбливала тетю Марину, точнее, сложно было найти в нашем дворе женщину, которой бы она нравилась.

Шалимова всегда выделялась. Всегда при параде, в платье, накрашенная, вкусно пахнущая, с улыбкой. Она воспитывала Макса одна. Ей были неинтересны дворовые сплетни и посиделки маминых подружек. Она ходила в театр, много читала, всегда выкраивала деньги, чтобы свозить себя и Макса на море, много работала, а я не раз слышала от нее, что никогда не нужно зависеть от мужчины.

Этим, видимо, и раздражала…

Женщины в мамином кругу в основном жили иначе и имели другие приоритеты.

— Наворовал в Москве, теперь деньгами разбрасывается. Говорят, что машина эта несколько миллионов стоит. У нас люди за такие деньги квартиры себе и детям покупают. А тут задницу возить.

— Почему наворовал?

Мамина пассивная агрессия настораживает. Становится вдвойне стыдно, что я вроде как теперь и про Макса вру. Умалчиваю, что видела его и он мне даже помог.

— А кто честно такие деньги, Алин, зарабатывает? Вон Лёша твой сутками на работе торчит, вкалывает мужик, дома строит, но что-то сватье машин таких не дарит.

На самом деле мои родители всегда не одобряли дружбу Костика с Максимом. Насколько я помню, хоть и была небольшой, Шалимов всегда был шебутной и ввязывался в неприятности, моего брата вечно тянуло за ним паровозиком.

Братца наказывали, отец не раз ходил к теть Марине и требовал, чтоб ее сын к Косте и близко не подходил.

Я понимаю, что Максим не принц. Совсем. Репутация у него всегда была, мягко говоря, не очень.

Слухи ходили, что со всякими людьми подозрительными водится, говорили даже, что машины угоняет…

— Понятно, – решаю не развивать тему. – Я пойду, мам, ужин готовить.

— Иди. Иди. Лёше привет передавай.

— Ага.

Отключаюсь.

В нашей семье основную ставку всегда делали на меня. В Москву учиться отправили, гордились. Потом Лёша появился, родители тоже радовались, что муж у меня старше, умнее, давно состоялся в жизни и с ним я точно не пропаду.

На деле же вышло как-то до жути наоборот.

Смешно даже, у Лёши с репутацией всегда все в порядке было. Идеал настоящий. Галантный, улыбчивый, внимательный, он мою семью с первого взгляда покорил, когда мы знакомиться приезжали. Только вот за волосы меня оттаскал не парень, о котором ходили нехорошие слухи и которого родители на дух не переносят, а мой идеальный муж…