Книга Я не дам тебе уйти, страница 61 – Ульяна Романова

Сжал зубы, чтобы тут же не кончить, и втянул воздух, когда она наклонилась, обхватывая губами мою плоть. Она посмотрела на меня своими шальными глазами, в которых плескалось возбуждение, а у меня крышу снесло. От того, что и ей это в кайф. Смотрел, как ее губы скользят по моему члену, и все, мозг отключился, а я чувствовал, что еще немного, и я кончу.

Собрал ее волосы в кулак, отстранил от себя, приподнял, целуя в губы, проникая языком ей в рот. Поставил на четвереньки, немного надавил на поясницу, сжал бедра и вошел. Регина выгнулась, запрокинула голову и закричала, когда я задвигался. Так, как она любила – жестко; входил во всю длину, выходил полностью, и с силой обратно. В глазах потемнело, комната наполнилась стонами и звуками наших тел, когда Регина резко выпрямилась, насаживаясь на меня, и снова затряслась в судорогах. И я тут же последовал за ней, уже не сдерживаясь.

Мы, мокрые от пота и обессиленные, упали прямо на пол, продолжая лихорадочно касаться друг друга. Не могли разжать объятия, до дрожи хотелось продлить этот момент спокойствия и умиротворения.

Я уложил Регину себе на грудь, продолжая гладить ее спину, обводя каждый позвонок.

И вспомнил:

— У меня кое-что есть для тебя.

Пружинисто поднялся, протянул ей руку и поставил на ноги. Было заметно, как дрожат ее колени, как тяжело она дышит. Я приобнял ее за талию, усадил на постель и достал из тумбочки подарок для нее.

— Что это? – спросила Регина, кончиками пальцев касаясь красного бархата.

— Подарок, – хрипло признался я.

Открыл коробку и достал золотую цепочку с подвеской. Два сердца, соединенных в одно.

— Я… Ваня, не надо было… – запротестовала она.

— Не спорь, – строго попросил я, надевая цепочку на тонкую шею.

Я действительно хотел сделать ей приятное. И готов был осыпать украшениями с ног до головы, но в этой подвеске была тайна, отнюдь не романтичная. Половину предыдущей ночи я пытался впаять туда следилку. Потому что ситуация мне не нравилась, и скоро мне придется выйти на работу. Я не собирался следить за каждым ее передвижением, но если вдруг… Я должен был знать!

— Носи ее, ладно? – попросил я.

— Обещаю, – прошептала Регина, прижимая кулон к груди ладошкой.

Регина

Я снова проснулась в одиночестве. Резко вскочила, вспоминая, где я нахожусь. Несколько мгновений мне потребовалось, чтобы сообразить, что я уже неделю живу с Ваней. Мне все еще казалось, что это сладкий сон, из которого не хотелось возвращаться в реальность.

Мы закрылись и спрятались от всего мира, но проблемы остались. И это были не те проблемы, которые можно долго игнорировать.

Но Капацкий не позволял мне думать о плохом, только своим присутствием разгоняя хандру и самобичевание. Прошла всего неделя, а я уже не могла без него и понимала, что если снова его потеряю – уже не выживу. Больше не выплыву с того дна, которым представлялась жизнь без него. Без объятий, совместных завтраков и рычащего «моя… только моя… никому не отдам…». И я умоляла не отдавать. Мысленно каждый раз в ответ кричала, чтобы оставил себе, забрал у всего мира. Наркоманка, которая снова приняла дозу, подсела и больше не хочет слезать, – такой я сама себе виделась.

Прислонила руку к груди и нашла медальон, который Ваня подарил вчера. Сжала в руках, словно черпая в нем силу и решительность, накинула его футболку и пошла в ванную. Дверь его кабинета была открыта, а Ваня снова, как и почти каждое утро, что-то сосредоточенно высматривал на экране компьютера, изредка щелкая мышкой.