Книга Фантом, страница 128 – Виктория Побединская

Мы идем по узкому коридору с голыми каменными стенами. Наши шаги гулко отдаются в каменных плитах.

— Эта часть замка не используется с тех пор, как я здесь учился, — говорит он, придерживая меня, чтобы я не споткнулась на ступеньках, и втягивает в темную комнату без окон. — Здесь есть работающий душ.

— Держи, — протягивает он стопку чистой одежды, которая явно была приготовлена заранее к моему приезду. — Переоденься.

Меня начинает трусить. Но просить его уйти не приходится. Оставив мне фонарь, он скрывается в темноте.

Дрожа от холода, я открываю кран, но вода оказывается обжигающе горячей. Пару минут я позволяю ей просто стекать с моих волос, обволакивая ноющее тело. И лишь когда боль в боку снова возвращается, вспоминаю, что ни разу не меняла повязку.

Сняв пластырь, осторожно касаюсь кожи, чувствуя, как кожа тянет и покалывает. Я напоминаю себе, что боль временна. Нужно лишь перетерпеть. Жаль, у меня нет с собой ничего, чтобы обработать рану.

Услышав покашливание в коридоре, я выключаю воду и наспех одеваюсь. Через секунду рядом со мной уже стоит Тайлер.

— Выглядишь гораздо лучше, — говорит он, заправив мне за ухо мокрую прядку волос. Я отстраняюсь.

Кажется, в этой тишине я слышу биение его сердца. Или это мое собственное?

Возвращаемся мы другим способом, сделав петлю по коридорам. И все это время меня не покидает ощущение, что меня ведут на казнь. «Хотя, может, так оно и есть, — думаю я со страхом. — Кто знает, что у него на уме».

Пока мы пересекаем пустой зал, служивший когда-то тренировочным, я размышляю о том, каково это — вырасти здесь? В атмосфере строгости, ежедневных испытаний и каменных стен, от которых исходит запах плесени и сырости. «Как из могилы», — думаю я, содрогаясь.

Из крошечного окошка я вижу, как маршируют мальчишки, одетые в темную форму. Что ждет их дальше? Такая же судьба, как у Ника и парней? И тут же мои мысли возвращаются в дом на окраине Хелдшира. Почему-то мне кажется, что Тай отправил Рейвен именно туда.

Добралась ли она в целости? Держится ли как обычно уверенно? Поверили ли ей? Или снова обвинили во всех бедах?

От воспоминаний становится совсем тоскливо. А от голода скручивает желудок. Мне даже кажется, будто я чувствую запах еды. Когда мы возвращаемся обратно, комнату действительно наполняет аромат тушеного мяса. Пока я мылась, Тайлер принес мне поесть. Что это, очередное проявление заботы?

Наступает тишина. Тай занимает место за столом, принимаясь что-то читать, а я так и застываю у порога, не зная, что теперь делать.

Он устало вздыхает и поднимает на меня глаза, которые кажутся слишком золотистыми. Слишком добрыми, чтобы держать меня взаперти.

— Ну? — произносит он. — Спрашивай.

На сей раз мне приходится заставить себя не отводить взгляд. — После побега тебя поймали?

Тайлер хмыкает: — Если бы поймали, на моей руке красовался бы такой же браслет. Как видишь, — он поднимает вверх оба запястья, — нет.

— Значит, смерть инсценировали, чтобы другим повода не давать? — говорю я, подходя ближе, но за стол не присаживаюсь.

— Максфилд никогда не признает публично, что один из солдат обвел его вокруг пальца, — не без явного удовольствия отвечает Тай. — Все мы мастерски играем свои роли, верно?

Мой живот урчит. Взгляд невольно опускается на вазу с фруктами и свежей выпечкой. Тай замечает это.