Книга Фантом, страница 125 – Виктория Побединская

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько ненормально это звучит? — грубо отвечаю я. И мой тон ему определенно не нравится.

Тайлер принимается барабанить пальцами по собственному колену. — О, Виола. Вся наша жизнь — чёртова ненормальная драма, поверь мне.

Он резко встает, скрываясь за моей спиной так, что я не могу больше его видеть. Однако перед тем, как он уходит, я успеваю заметить на точеном лице проблеск раздражения.

— Если я скажу тебе, что скучал?

Я тяну за веревки, соображая, как поскорей их распутать. — Я не поверю тебе.

Тайлер хмыкает: — Жаль. Я давно мечтал побеседовать с тобой с глазу на глаз, вот только компания Лаванта мешала.

Такое ощущение, что весь воздух покидает мои легкие, как в сдувшемся шарике. Теперь я точно могу найти причину чувству преследования, которое испытывала, когда мы с Рей бежали по темным переулкам. Значит, Тай уже тогда выследил нас. «А что с парнями?» — моментально вспыхивает в голове липкий страх, но я на время отмахиваюсь от него. Они смогут о себе позаботиться.

— Как твоя книга? — вдруг спрашивает Тайлер, приводя меня в еще большее замешательство.

— Что?

Я пытаюсь повернуться, чтобы посмотреть в его глаза, но в голове вспыхивает Эхо. Тай ведет рукой и взглядом по пыльному стеллажу с книгами, оставляя на корешках дорожки от пальцев. Периодически он вытаскивает одну из книг, показывая ее содержимое мне, словно предлагая выбрать. А потом произносит: — В последнем письме ты писала, что собираешься писать собственную.

Теперь я уже ничего не понимаю. — Наверное, я её бросила. Не помню, — настороженно бормочу я.

Тай молча смотрит в пол, ожидая от меня более внятного ответа. Словно хочет выудить что-то из моей памяти. Только вряд ли я теперь смогу ему помочь.

— Как считаешь, если бы я был в ней героем, какая роль была бы отведена мне?

Повисает молчание. Тайлер медленно по кругу обходит комнату. Расстояние между нами становится меньше.

— А в твоей жизни?

Наконец я могу его видеть и решаюсь поднять глаза.

— Ты всегда будешь её частью.

Он качает головой: — Я не о том спрашивал. Что, если я не хочу быть её частью?

— А чего ты хочешь?

— Главную роль, — отвечает он, приколачивая меня взглядом к сидению.

Я вздрагиваю. Не знаю, что именно отец делает со своими солдатами, но что от взгляда Ника, что от взгляда Тая пробирает таким холодом, что кровь застывает в жилах.

— Тай, я не понимаю, к чему ты клонишь…

Мой голос звучит спокойно, но я не могу отрицать того, что дрожу. Есть в этой ситуации что-то ненормально пугающее.

— Постой, я просто хочу рассказать, — перебивает он, присаживаясь на стол, достает из ящика пистолет и быстрым движением прячет его под куртку. Уголки его губ вздрагивают в кошачьей улыбке.

Я инстинктивно отодвигаюсь, стараясь увеличить между нами расстояние, хотя это и глупо.

— Я читал твои рассказы. Твой отец был прав, что не отправил тебя в Оксфорд. Ты не писатель. Это была бы не книга, а черт знает что, — произносит он тихо, так что окончания слов остается лишь угадывать.

Я крепче сжимаю запястья. Верёвка натянута не туго. Если чуть постараться, можно высвободить руки.

— Книги должны быть правдивые. Я подкину тебе сюжет.

Тай хмурится, как будто говорить об этом ему самому неприятно, но я притихаю, делая вид, что внимательно слушаю. Сама же продолжаю незаметно стягивать путы.