Книга Фантом, страница 124 – Виктория Побединская

* * *

Голова дёргается назад, как бывает, стоит заснуть в вагоне метро. В нос ударяет запах нашатырного спирта. Кто-то водит прямо перед моим лицом смоченной в нём ватой. Я со стоном отворачиваюсь.

Яркий свет бьет прямо в глаза. На секунду разум застилает паника, потому что кажется, стоит поднять веки, и я снова увижу знакомую картину — стерильно белые стены Третьей лаборатории, но свет мягкий. Он теплый и обволакивающий, как летнее солнце. Я прищуриваюсь, пытаясь привыкнуть к бликам перед глазами. И только когда темные мушки рассеиваются, понимаю: надо мной кованая люстра, края которой отделаны патиной, а лампы имеют форму свеч.

Это место совсем не похоже на лабораторию. Скорее на старинный особняк. Даже замок. И комната, где меня держат — совсем не камера, а кабинет, переделанный в некое подобие спальни.

У стены большая кровать, над которой планировался балдахин, но сейчас его нет. Напротив деревянный стол с резными ножками и тяжелой столешницей, расколотой надвое. Сбоку книжный шкаф в том же стиле. Порядком выгоревший и требующий реставрации. Покрытые таким слоем пыли, что сквозь нее ничего не видно; на нем расставлены награды, статуэтки и рамки с фотографиями, только я не вижу кому они принадлежат. Одно могу сказать точно — тот, кто владеет всем этим, обладает либо огромными деньгами, либо не менее значимым статусом.

«Как можно было так глупо попасться! — проносится в голове мысль, которая тут же сменяется следующей, более тревожной: — Где Рей?» Только потом я замечаю, что привязана к мягкому креслу с резными подлокотниками. Но привязана настолько условно, что освободиться — совершенно не составит труда. А потом слышу знакомый голос.

— Очнулась?

Я оборачиваюсь. Позади меня в точно таком же кресле, сложив руки домиком, сидит Тайлер. Какая-то часть меня надеялась, что я ошиблась и он погиб, но теперь это бесполезно отрицать. Тай не только жив, но и находится передо мной.

«Такой же, как в моих снах», — думаю я, разрываясь между страхом и восхищением. Не знаю, что виной этому странному чувству — не спавший наркотический бред, стресс или что-то иное, но он кажется мне почти видением. Если Шон красив в своей брутальности, то красота Тая оказывается настолько впечатляющей, что кажется нереальной.

— Как себя чувствуешь?

С такого вопроса вполне могла начаться наша первая беседа, если бы я не была привязана, а тот, что проявляет участие, не находился по другую сторону оков.

«Притворись другом»? Еще одна отцовская стратегия, которой пользуются солдаты Коракса, чтобы вытащить сведения из пленников?

— Голова не болит? — обеспокоенно интересуется Тай, снова начиная говорить тем самым мягким голосом. — Тебе понадобилось много времени, чтобы прийти в себя. Я боялся, что переборщил со снотворным. Не хотел тебя напугать.

Если он считает, что очнуться связанной в незнакомом месте и не испугаться — нормально, то у меня большие проблемы.

Я игнорирую его вопросы, в ответ задавая свои. — Где Рейвен?

Тайлер медленно поднимает бровь: — Я отправил ее обратно. Вместе с посланием.

— Кому?

— Узнаешь в своё время.

— Что здесь вообще происходит? — дергаю я запястьями. — Зачем ты меня связал?

— Для твоей же безопасности. Транквилизатор может вызывать тошноту, так что лежать нежелательно. Держать тебя на руках все время я не мог, хотя и не против, а так я хотя бы уверен, что ты не разобьешь свою прекрасную голову.