Книга Осколки, страница 67 – Виктория Побединская

— Тай, ну зачем ты полез в драку?

Достав из кармана белый платок, прикасаюсь осторожно, чтобы не сделать больно, и начинаю оттирать кровь с разбитого лица. Интуиция подсказывает, Тай опять меня защищал. Кому придется по нраву, что дочь начальника академии все время отирается рядом? Эти мальчишки думают, я докладываю отцу все, что вижу, но это не так! Только после случая с Ником никто мне не верит.

— Не знаю, — понуро произносит он, все еще упорно отказываясь на меня смотреть. — Тут по-другому нельзя, понимаешь?

— Что он сказал на этот раз?

— Ничего, — отворачивается парень. — Нас же не поймали, значит, беспокоиться не о чем.

— Тай, — серьезно смотрю я на него.

— Ну что «Тай»? — разводит он руками. — Я всегда буду тебя защищать.

Я тяжело вздыхаю и, убирая руки от его лица, сжимаю платок в кулак.

— В этом больше нет необходимости, потому что завтра меня тут уже не будет. Я уезжаю.

На его лбу залегает морщинка, кажется, он берет меня за руку, но я не чувствую прикосновения, потому что воспоминания тают, возвращая меня в реальность.

Я слабо улыбаюсь, проводя по выбитым буквам пальцами. Развернувшись в кресле, хочу сказать «спасибо», но Ник уже скрывается наверху.

* * *

Несколько минут я смотрю на свое отражение. Точнее, просто стою напротив зеркала, вглядываясь куда-то вглубь, словно надеясь увидеть там проблеск здравого смысла. Поправляю волосы, перекинув их на одно плечо, и спускаюсь вниз. На шее теперь висит серебристый медальон. Не хочу, чтобы Шон видел, поэтому снимаю и бережно кладу в карман.

Арт на кухне гремит так, будто планирует разбудить не только нас, но и жителей пары ближайших городов.

— Шон! — зову я, оглядываясь по сторонам.

— В кладовке, — раздается глухой голос, и я осторожно переступаю кухонный порог.

— Привет, — здороваюсь я с парнями, кивая головой и слегка помахав рукой. Получается по-дурацки, нервно. Но, кажется, этого никто, кроме меня, не замечает. — Мне нужно в город, — говорю я, заглядывая в чулан. Голова парня скрывается под нижней полкой. — В аптеку.

— Зачем? — спрашивает он и, подняв глаза, смотрит на меня снизу вверх. На лице Шона распускается добрая улыбка, и становится стыдно за то, что я собираюсь его обмануть. Мои пальцы вцепляются в косяк так крепко, что аж подушечки белеют.

— Месячные, — смущенно говорю я и, отцепившись наконец от деревяшки, разворачиваюсь, опираясь на стену.

Ник напротив закатывает глаза.

— Оу, да, хорошо, — на секунду растерявшись, отвечает Шон. — Сейчас, только руки помою и я тебя отвезу. Мы взяли по новому паспорту Арта машину в прокате, заодно проверим, сколько выжимает эта красотка.

— Нет, — торопливо перебиваю я. В его глазах недоумение. — Мы с тобой были в городе совсем недавно. Ты же сам говорил, нужно меняться, чтобы нас сложнее было запомнить, иначе это не безопасно.

Шон запускает руку в волосы, оставляя на них несколько паутинок, и, кивнув, все-таки соглашается. Я обнимаю его, убирая пыль с головы, а он целует меня в висок.

— Ты права. Ну возьми тогда кого-то из парней, — пожимает он плечами.

Я бросаю на Ника полный скрытого смысла взгляд. Но он, вместо того, чтобы помогать, неспешно откидывается на стуле, словно в его маленьком театре наконец состоялась премьера, и молчит.

«Ну же! Скажи что-нибудь!» — мысленно прошу я. Его спокойствие начинает действовать на нервы. Не дождавшись поддержки, набираю воздуха в легкие и делаю выпад: