Книга Бернаут. Второй раунд, страница 72 – Виктория Побединская

— Ты же знаешь: они мне мешают, – сказала я.

На что Бланж лишь довольно улыбнулся:

— Я знаю, что ты надеваешь ее только для того, чтобы я ее с тебя снял.

И секса в этой фразе было больше, чем в любой пошлости, которую он мог бы произнести.

Он слегка наклонился и как тогда, точь-в-точь как в тот день, когда мы решили заключить этот дурацкий договор, произнес:

— Ты любишь меня?

И впервые в жизни я ответила:

— Я люблю тебя, Бланж.

Обвивая руками его шею, касаясь кончиков волос, вдыхая запах любимого мужчины.

— А должна ненавидеть, – ответил он, за что получил укус в ухо.

— Ай! – Он зашипел. – Разве не так, учитывая все, через что тебе пришлось пройти?

— Заткнись и поцелуй меня уже наконец.

Его рот растянулся в довольной ухмылке. Он обхватил мое лицо ладонями. Я закрыла глаза. А потом его губы нежно коснулись моего века, брови, щеки.

— Почему ты не спрашиваешь меня? Ты никогда не спрашиваешь меня.

Я прошептала:

— А я и так знаю ответ.

…Мое белье валялось на полу рядом с его пропитавшейся пылью одеждой. Кровать, основой для которой служили собранные по две и поставленные друг на друга палеты, чуть пошатнулась и заскрипела, когда он, перевернувшись со спины на живот, притянул меня ближе.

— Жа-а-ак, – протянул Реми, лениво целуя мой живот. Влажные пряди отросшей за лето челки оставляли на нем капли, и внутри просыпались песочные бабочки. Именно такие. Потому что это место было соткано из ветра и песка, жары и солнца, а еще согрето светом янтарных глаз . Так странно и волнительно было вернуться сюда. Другими. Повзрослевшими.

Вечернее солнце переместилось и теперь глядело в узкое окно, позолотив макушку Реми. Я провела по его волосам рукой. Каждый раз перед тем, как коснуться губами моей кожи, он закрывал глаза, останавливался на секунду, как будто напитываясь моими мурашками, а потом открывал их снова и глядел на меня. Я рассмеялась. Попыталась шутливо спихнуть его, но не вышло.

— Дай мне погреться, пока еще можно, – простонал он мне в живот. Обычно с наступлением ночи здесь начинало холодать, но я знала: этой ночью никто из нас точно не замерзнет. – К тому же я уже по тебе скучаю.

— Когда это ты успел?

— Я заранее, – ответил Бланж и на мой вопросительный взгляд добавил: – Август уже. Твоя учеба начинается на следующей неделе.

— Но разве ты не поедешь со мной?

Он не ответил. Просто молчал.

— Вернись со мной. Закончи учебу.

Но с каждым произнесенным словом я понимала: он уже принял решение.

Выбравшись из-под него, я села на край постели и принялась одеваться. Хотела встать, но Бланж, придержав за талию, усадил обратно на постель.

— Жак, ты же знаешь: мне там не место. У меня не закрыта половина кредитов. Да я толком не знаю, что именно выбрал из предметов. Даже виза у меня была и та спортивная.

— Ну да, теперь же у тебя в ней нет необходимости.

— Ты права: нет. Но ты – не я. Это глупое решение – бросать учебу ради того, чтобы бесцельно торчать со мной посреди пустыни.

— Но я не хочу возвращаться без тебя.

— Эй! – Он развернул меня к себе и заглянул в глаза. – Со мной ничего не случится. Ты же видишь, я стабилен. Ни приступов, ни боли. Не срываюсь, не истерю, руки на себя накладывать не собираюсь. К тому же Марс здесь. Все со мной будет в порядке. Позволь мне разобраться с последним нерешенным вопросом в моей жизни – и я вернусь.