Книга Настоящие бывшие, страница 42 – Любовь Хилинская

— Ты не поедешь к нашим? — будто между прочим поинтересовалась я светским голосом, когда бывший муж отошел от меня.

В чем прелесть современных планировок — из гостиной его было прекрасно видно в кухне.

— Нет, — качнул он головой. — Завтра поеду, сегодня у меня другие заботы.

Внутри вспыхнуло возмущение. Ишь ты, заботы у него!

— Планирую тебе приготовить ужин, — спокойно продолжил Тимофей, стягивая свитер и оставаясь в простой белой футболке.

Готовое сорваться с губ ехидное замечание заглохло где-то в горле противным бульком. Так вот чем он собрался заниматься! Стало даже немного совестно.

— Я все еще могу вызвать маму, — пробормотала я смущенно, прикрываясь покрывалом.

— И я все еще настаиваю, что ее не надо тревожить, — разбирая принесенный пакет, взглянул на меня Левонский. — Ничего сверхъестественного я не совершаю, просто приготовлю самое простое из продуктов, а то ты тут окочуришься с голоду.

— Ну как-то ж прожила столько лет, — не удержалась я от колкости и замолчала, глядя, как бугрятся на руках мужчины мышцы, когда он доставал из пакетов упакованные в пленку куски мяса.

Он что, решил, что я тут голодаю? И поэтому надо мне половину супермаркета припереть?

— Любишь запеченную курицу? — бросив на меня косой взгляд, Тим извлек из пакета фольгу для запекания. — Я купил целую, сейчас суну в духовку, она сама себя приготовит.

— Слушай, я не понимаю, зачем ты тут?

Тимус в это время решил перестать изображать работу таксидермиста и перебрался на диван, ступая мягкими лапами по мне до шеи, где и устроился меховой горжеткой. Котржеткой, как шутила моя мама, когда кот так укладывался спать.

— Затем, что чувствую за тебя ответственность, — мужчина нахмурился, бросив косой взгляд на меня.

А затем достал бутылку вина.

— Где тут у тебя бокалы? Раз уж мне суждено провести вечер не на корпоративе, следует сделать это достойно.

— Я уже взрослая тетенька, могу и сама о себе позаботиться, — выпятила я нижнюю губу.

Во мне будто соревновались демоны упрямства и раздражительности. Кто ж победит в этот раз.

— Я в тебе и не сомневаюсь, — раскатывая фольгу по противню, отвлекся бывший муж. — Нисколько не принижаю твоих достоинств. Умная, самостоятельная женщина, которая способна позаботиться о себе.

В голосе его я ловила иронию.

— Особенно в том, — добавил Тимофей, — что касается еды.

На языке крутилось что-то обидное, но я решила не выпендриваться, так как желудок в этот момент выдал возмущенный рулад, намекая, что не против был бы отведать и курочки, и всего остального, что готов предложить шеф-повар нашей кухни.

— Бокалы там, — махнув рукой в сторону шкафчика у окна, я проследила, как курица оказывается полностью закручена в фольгу и отправлена в духовку.

Наверное, это первое ее включение, не считая того, которое произвел мастер-установщик. Ну не способна я к готовке. И не только не способна, но и не желаю этим заниматься. Вся кухонная техника — словно атрибут домика Барби, играть можно, пользоваться нельзя. Но Тимофей так органично смотрелся в ярко освещенном пространстве, что я невольно залюбовалась им, позабыв, что мне надо ненавидеть бывшего мужа.

— Держи, — он принес мне бокал с рубиновым напитком. — Взял сразу литровую бутыль, пока ждем курицу, отметим нашу встречу.