Книга Настоящие бывшие, страница 39 – Любовь Хилинская

Я открыла было рот, чтобы ответить что-то резкое, но в стекло со стороны водителя раздался стук.

Тимофей выпустил меня, и я, повернув голову, увидела инспектора ГИБДД. Он стоял в зимней форме, усы его заиндевели, глаза смотрели строго из-под кустистых бровей.

— Добрый день! — едва открылось окно, инспектор склонился к нам. — Капитан Овешников. Что случилось у вас? Документы предъявите.

Молча достав портмоне, Тимофей достал водительские права, документы на машину и страховку, все подал строгому полицейскому и сказал:

— Жене плохо стало, упала сегодня, ногу повредила, плакала от боли. Едем в травмпункт.

— Ну, не настолько ж критическая ситуация, чтоб посреди перекрестка стоять, — устало возразил гаишник, возвращая документы. — Хоть бы на обочину отъехали или аварийку включили. Создали пробку на ровном месте. Гололед, граждане Левонские!

Я вспыхнула, когда меня назвали действующей женой, но возражать не стала, мечтая побыстрее убраться отсюда и избавиться от общества «муженька». Пусть катится колбаской куда хочет, нам не по пути, несмотря на все его слова и заверения. И вообще, с чего он взял, что может вот так себя вести? Типа, прошло десять лет, волос долог, ум короток, можно к Лизке подкатить, она поймет и простит? Вот уж дудки!

Наконец, нас отпустили, и Тимофей поехал вперед, сворачивая на улицу, где находился городской травмпункт. Это было старое здание, по поводу которого пациенты неоднократно жаловались, так как кабинеты врачей там располагались на втором этаже без лифта, рентген в подвале, все это было ветхое, времен царя Гороха, и пострадавшие люди испытывали дополнительные мучения от неудобств при подъеме и спуске по ступенькам. Мне ж тоже предстоял этот эквилибристический бросок. Честно говоря, я не представляла, как я туда заберусь. В студенчестве мы были свидетелями, как одна женщина со сломанной ногой ползком добиралась до врача. Так я точно не хочу. Может, там какие-нибудь костылики есть?

— Уверена, что не надо в частную клинику? — будто услышал мои мысли «муженек». — Я читал, тут открылась какая-то у вас новая, там и хирургия, и травматология. Там побыстрее будет, чем тут.

— Нет, — пожав плечами, я отвернулась, с досадой прикусив губу. — Меня ОМС вполне устраивает.

Как я сама-то об этом не подумала? Что бывший травматолог Деревцов открыл свою клинику буквально за забором той больницы, в которой я работала, и можно было спокойно пройти все обследования там. И там же, в случае необходимости, всю реабилитацию, если она потребуется. Но не признаваться ж Тимофею. Чем быстрее он меня оставит, тем быстрее я смогу вздохнуть без напряжения. Его присутствие меня страшно нервировало. Особенно после срыва в машине. Не люблю, чтобы посторонние видели мои слезы и слабость.

Остановившись максимально близко ко входу, Левонский вышел из машины и обошел ее, намереваясь помочь мне, но я уже сама спрыгнула на здоровую ногу и озиралась, соображая, как по снегу добраться до крыльца с перилами. Там я смогу на них опираться и запрыгнуть потихоньку в здание.

— Слушай, не беси меня, а! — резко выдохнув, бывший муж взвалил меня на плечо, что я чуть не сломала нос о его спину, ткнувшись как следует им куда-то в район поясницы, а затем едва не взвизгнула, когда он пикнул сигнализацией и перехватил меня двумя руками, нависнув своей бородой над моим лицом. Как в фигурном катании, ей-богу! Сейчас еще осталось поддержку над головой сделать, и мы займем первое место. Тройной тулуп уже сегодня был в моем одиночном исполнении.