Книга Убей любимых, страница 145 – Л. Э. Харпер

— Цендрион? – говорит прерывистый, но восхитительно знакомый голос.

Сердце у меня подпрыгивает, и я открываю глаза.

Рекса стоит передо мной, целая и невредимая. Смотрит на свои когтистые руки, вертя ими перед собой, и похлопывает себя по чешуйчатому телу, будто чтобы убедиться в собственной реальности.

Реальность – такое размытое понятие. Я сияю, пока она вертится на месте, изучая свой естественный облик. Янтарный взгляд, искрящийся жизнью, впивается в меня.

— Ты! – выдыхает она. – Ты это сделала?

— Все благодаря Цендриону, – киваю я на дракона.

Тот тяжело дышит от усталости, но блестит клыками в самой широкой драконьей улыбке из всех, что я видела.

— Лорд Теней может воскрешать погибшие души, – объясняет он. – Похоже, и у меня есть эта способность.

— Но… – Рекса снова вертится и проводит руками по лицу, расчесывает когтями смоляные локоны. – Почему я не тенечудище? То есть я же не оно, верно? Я это я?

— Зависит от того, – говорю я, – чувствуешь ли ты глубочайшее желание служить своему лорду и хозяину Залору и сокрушать всех, кто стоит у него на пути.

Она щурится в восторженной ухмылке. Объявляет:

— Определенно нет.

— Значит, у нас получилось. Ты вернулась.

По всем правилам, у нас не должно было получиться – истинное воскрешение противоречит и магическим законам Солеры, и земной науке, – но, похоже, мы нашли ответ в пространстве между вселенными. Наконец раскрыли фундаментальную истину.

— Рекса?!

Сердце у меня снова подпрыгивает, и я оборачиваюсь. Появившиеся из-за городских ворот Ашер и Фир'тал спешат к нам. Привлекло их сияние воскрешающих чар или призвала какая-то подсознательная часть меня, не так уж важно. А важно то, что они здесь и мы вместе.

Потрясенно открыв рот, Ашер мчится вперед. Врезается в Рексу и крепко ее обнимает.

— Боги высшие и низшие, я думал, мы тебя потеряли!

— Так и было, кажется, – хрипит Рекса, поглаживая его по спине и одновременно пытаясь вывернуться из удушающего захвата. – На какое-то время я ушла тогда. Просто… ушла. В полное и безраздельное ничто.

Она бросает на меня взгляд над плечом Ашера.

— Прости меня, – говорю я. Мой единственный хит застрял на повторе, но это необходимо сказать. Снова.

— Не за что. – Ее глаза озаряет серебристый блеск. – Ты меня вернула.

Ашер отстраняется, давая Фир'талу подлететь поближе, чтобы поприветствовать ее. Рекса поднимает руку, и феникс садится ей на плечо, прижимаясь головой к ее щеке. Потом мои любимые одновременно поворачиваются ко мне.

— Вы были правы, – признаю я. – Все вы. Надежда еще есть, и я хочу сражаться.

— Лучше поздно, чем никогда, – хором отзываются Рекса и Ашер. У него голос сердечный; у нее – сухой.

— Я скучала, – шепчу я, протягивая руки и приглашая их еще раз ко мне присоединиться.

Ашер приближается. Он пришел, готовый к бою, в полученной от гномов броне. Он, вопреки всему, по-прежнему верит.

— Если это имеет значение, – тихо говорит он, берясь за мою протянутую руку, – я никуда не уходил. Я просто держался на расстоянии. Хотел дать тебе время разобраться… со всем, с чем тебе нужно было разобраться, чтобы оказаться здесь.

— Не будь я такой потрясающей идиоткой, добралась бы намного раньше.

Ашер сжимает мои пальцы, и мне кажется, будто я что-то чувствую. Не его прикосновение, но кое-что получше: тупую, слабую боль в предплечьях.