Книга Нечисть на полставки, страница 102 – Марина Андреева

— Ты боишься высоты, — сказал он. — Но ты говорила, что хочешь посмотреть на город сверху. В ту ночь, когда мы пили вино на кухне.

— Говорила. Когда чувствовала.

— Сегодня почувствуешь.

Мы сели в кабинку. Колесо медленно поехало вверх. Я смотрела на город — крыши, шпили высоток, река, пробки на Садовом кольце. Красиво. Умом — красиво. Но внутри — тишина. Ветер задувал в открытое окно, трепал волосы, но я не чувствовала ни свежести, ни свободы. Просто движение воздуха.

— Нравится? — спросил Яр.

— Да.

— Ты улыбнулась?

— Нет. Я смотрю на часы.

— Зачем?

— Через пять минут сеанс закончится. Надо успеть на закат.

— Алиса, — он взял меня за плечи, повернул к себе. — Ты здесь. Со мной. Мы на колесе обозрения. Это должно быть романтично. Ты когда-то мечтала об этом.

— Мечтала. Но мечты кончились.

— Мечты не кончаются. Они засыпают.

— И не просыпаются.

Он отпустил меня. Колесо остановилось, мы вышли. Яр купил сахарную вату — розовую, пушистую, намотанную на палочку. Протянул мне.

— Попробуй.

— Зачем?

— Затем, что это вкусно. Ты любила сахарную вату. Рассказывала, как в детстве бегала с ней по парку.

Я взяла, откусила. Сахарная вата таяла на языке, сладкая, воздушная, оставляя липкие следы на пальцах. Я понимала — вкусно. Но не чувствовала. Язык фиксировал сахар, но мозг не выдавал сигнал удовольствия.

— Ну? — спросил он.

— Вкусно.

— Ты даже не улыбнулась.

— Я не улыбаюсь.

— Раньше улыбалась. У тебя была ямочка на левой щеке.

— Раньше я была другой. Живой.

Мы пошли домой. Яр молчал, я — тоже. Только ветер шумел в кронах деревьев. Я заметила, что Кощей, который обычно сидел на подоконнике, перебрался на спинку дивана поближе к Яру. Кот редко менял свои привычки. Может, чувствовал, что я стала холодной, и искал тепло у него.

В продуктовом магазине, когда мы зашли за гречкой, случилась попытка зажечь ревность. Я брала с полки пакет в прозрачной упаковке, Яр стоял у прилавка с мясом. Продавщица — молодая, симпатичная, с длинными наращенными ресницами и ярко-красной помадой — улыбнулась ему.

— Мужчина, вам помочь?

— Да, — он улыбнулся в ответ, наклонился к прилавку. — Посоветуйте, какое мясо лучше для романтического ужина.

— Для ужина при свечах? — она покраснела, поправила волосы.

— Да. Для девушки. Хочу произвести впечатление.

— Телятина. Нежная, сочная. Вот этот кусок, — она указала на мраморный кусок мяса. — Если хотите, я заверну в подарочную бумагу.

— Вы разбираетесь, — он наклонился ещё ближе. — Как вас зовут?

— Лена.

— Красивое имя. У моей девушки подругу зовут Лена.

— О, у вас есть девушка? — она смутилась, но улыбка не сошла с лица.

— Есть, — он посмотрел на меня. — Она стоит вон там, выбирает гречку.

Продавщица перевела взгляд на меня. Я стояла с пакетом гречки в руке, смотрела на них. Внутри — ничего. Ни ревности, ни злости, ни обиды. Как в пустой комнате. Я даже проверила своё состояние: пульс ровный, дыхание спокойное, ладони сухие.

— Алиса, ты не ревнуешь? — крикнул Яр.

— Нет.

— Совсем?

— Она симпатичная, — сказала я, подходя ближе. — Тебе стоит с ней познакомиться поближе. Может, она сможет тебя сделать счастливым. Я — не могу.

Яр замер. Продавщица переводила взгляд с него на меня.

— Она — моя девушка, — сказал Яр. — У неё проблемы с чувствами.