Книга Windows. Окна Большого города, страница 102 – Марина Белкина

— Постойте, – окликнула меня Изольда, подвигая ко мне какую-то бумагу. – Подпишите тут. Простая формальность – и можете приступать.

Я подмахнул бумажку и сам не понял, как оказался за дверью, возле которой околачивалась Кицунэ.

— Как прошло? Дала работу?

— Вроде, – ошарашенно сказал я. – У Изольды роман с поваром, да? Как его? У него есть имя?

— Нет. Его лишили имени. В прошлой жизни он отравил епископа и его гостей супом. За это повара сварили заживо. С тех пор он работает поваром в Аду. Я провожу тебя на рабочее место.

Главным украшением просторного зала ресторана «Пик колдунов» был роскошный камин, выложенный черной плиткой. На полке стояли китайские вазы, сидели фарфоровые куклы в кружевных платьях, пожелтевших от времени. Над камином висели размытые дагерротипы, изображавшие умерших людей, которые по моде викторианской эпохи сидели в креслах, в красивых одеждах, с насильно открытыми глазами. В панорамном окне во всю стену отражались огни плывущего внизу города с башнями Нового Вавилона. Из-за перины тяжелых облаков выплывало клонящееся к горизонту солнце, которое всходило на западе и садилось на востоке два раза за земной год. Вспышек на желтом небе, отмечавших приход в мир новой жизни, тут не было видно – то ли из-за солнца, то ли из-за огней большого города.

— Колдовство – это страшный грех. Почему «Пик колдунов» поместили так роскошно, на Седьмой этаж? Выше только некрещенные младенцы.

Кицунэ пожевала тоненькую косичку.

— Потому что это панорамный ресторан.

Навстречу нам попалась тощая девица, азиатка, выше меня на две головы (на земле ее наверняка приняли бы в сборную по баскетболу), тоже в платье с кожаным корсетом – видимо, такой была форма официанток. Черные волосы доходили до самых колен. Лицо девицы было совершенно бледным, брови сбриты.

— Это Мико, хостес. Артем, наш новый бармен, – представила она меня и шепнула, когда хостес прошла мимо: – Покончила с собой из-за несчастной любви. Изольда забрала ее со второго этажа и любит, как родную дочь. Она отлично гадает на Таро.

В зале ресторана никого не было, и только за столиком в углу сидела невеста, красивая, черноволосая. С фатой, закрывающей плечи, в кружевном платье, как фарфоровая кукла на каминной полке, она смотрела в окно тяжелым взглядом. Было в этой девушке что-то странное. Я все смотрел и никак не мог понять что. Но все же разглядел: согбенная фигура, руки с узлами вздувшихся вен, пигментными пятнами – это были руки старухи.

— Мертвая невеста, старуха с лицом девицы, – пояснила Кинунэ, заметив мое замешательство.

— Она его украла?

— Почему украла? Случайно забрала с собой на тот свет. Проклятие мертвой невесты наложил другой человек. Это обряд, который проводят, чтобы сглазить невесту. Очень сильный, даже смерть не может отменить его. Проклятие будет действовать и в следующей жизни. Ведет к потере красоты и смерти. Сделано на зеркале. Ровно в пять я приношу ей чай.

— Почему в пять?

— Потому что в пять часов подают чай во всех приличных домах, а это приличное место.

— Вижу, ты спец в проклятиях, – улыбнулся я.

Кицунэ сузила и без того узкие глаза.

— Будь со мной аккуратнее, я сильная ведьма.

— А про меня что скажешь? Я не могу вспомнить, кто я и откуда.

Она взяла мою руку, перевернула тыльной стороной вниз и склонилась над ладонью.