Книга Windows. Окна Большого города, страница 150 – Марина Белкина

Второй: Не проститься с матерью легче?

Первый: Что теперь изменишь? Прошло почти два года.

Второй: Девочка сказала, что больше всего на свете хотела увидеть мать в последний раз.

Первый: И ты поверил? Ей всего восемь, скажет и не такое.

Пауза

Первый: Забери это денежное дерево, раз тебе оно так нравится.

Второй снимает с подоконника денежное дерево и выходит из комнаты.

По улице большого города шел парень, который верил всему, что говорят женщины. Он нес дерево с восемью повязанными на нем красными ленточками. Прижимал к груди, как наивысшую ценность.

Белая птица летела над лесами в юной зеленой листве, пестрыми цветами полей, колдовским изгибом рек, в прозрачном зеркале которых плыли облака. Над крышами домов, кирпичиками гаражей. Над маковками восстановленного храма.

Мусор выбросили, храм отстроили и покрасили. Над его головой сиял новенький золотой крест. Белая птица нырнула в высокое окно, которое не успели застеклить. Внутри пахло свежей краской. У стены стояли строительные леса, на вершине которых художник писал фреску на стене. Он работал над образом святой. Святая смотрела ясными глазами, подняв правую руку в благословляющем жесте.

Ребенок толкнулся в животе, и Белая птица обратилась Евой. Теперь она не могла надолго отлучаться от своего беременного тела, кружить над лесами-полями и торчать перед чужими окнами. Ребенок все меняет. И неважно, человек ты или птица. Больно тебе или нет. Она положила руку на живот и почувствовала еще один толчок. Ей уже сказали, что это мальчик. И Ева знала, что у него будет длинная белая челка, доходящая до самых глаз.

А вчера ей приснился сон: мальчик с маленькой короной в светлых волосах в лунном луче играет с зеркалом в простой грубоватой оправе. Поднимает вверх, словно меч.

* * *

По небу неслись клочки облаков. Мы стояли у причальной мачты. Ветер поднялся. Я смотрел на величественный купол дирижабля, гондола которого находилась на земле, ожидая поднятия команды на борт. Я боялся, ветер помешает нам отчалить. Маб придерживала платок, длинные волосы, заплетенные в косички, летели по ветру.

— Счастливого пути. – Она вытащила из своей плетеной корзинки шелковую подушечку с вышитой гладью птицей. – Возьми это и передай там, кому надо. Тому, кто не будет знать, зачем выжил.