Книга Измена. 40 лет – ума нет, страница 34 – Анна Гром

— Без Гришеньки ты ничего не будешь трогать! – возопила она, оттеснив сотрудника полиции, который всё ещё наблюдал за действом.

— Так вы ж за него! Вы ж сюда для того и пришли, чтобы за него всё решать. Действуйте, – невозмутимо пожала плечами я. – Я лишнего не возьму только своё.

Свекобра было встала между мной и шкафом, но Тёмка снова выкатил ей пару статей о препятствии использования личного имущества и мелком хулиганстве, на что полицейские молча покивали головами. Ольге Михайловне пришлось, скрепя вставные зубы, отойти.

Первым делом в чемодан пошли документы. Там отыскались бумажки, где было указано, что я продала квартиру и вложила средства от ее продажи в покупку этой трёшки. Следом полетели одежда, полотенца, постельное бельё, посуда, вилки-ложки, содержимое морозилки и холодилки. Увлажнитель воздуха мой, мой телевизор, купленные на мои деньги чайник, мультиварка и посудомойка, естественно, с чеками от покупок с моей карты, тоже потихоньку двинулись к выходу моими силами и силами сына.

— Закажу-ка я «ГАЗель» с грузчиками.

Тёмка ненадолго отошёл в коридор, а Ольга Михайловна, пользуясь временным отсутствием у меня физической и юридической защиты, бросилась пересчитывать столовые приборы.

— Набор ножей где? Который я вам на свадьбу дарила?! Они из дамасской стали!

— Ах да, помню, вы дарили, чтоб мы «на ножах были», – усмехнулась я. – Вон на той полке, не переживайте. Не нужны они мне. Кстати, качество – палёный Китай. Дамасская сталь там рядом не лежала.

Ольга Михайловна побагровела от злости и с утроенным рвением полезла в ящики с кастрюлями.

— Так, тут три сковородки. Нам две, тебе одну, забирай.

Выставила на стол самую старую, ещё мою, которую я со старой квартиры привозила.

— А почему это мне одну, а вам две? – я уже откровенно смеялась над ней, над той серьёзностью, с которой она пыталась делить «имущество», состоящее из кухонной утвари, будто это она со мной разводилась, а не Григорий.

— Потому что ты теперь одна, а нас трое! Я вообще свою квартиру сдам, а тут жить буду. Наконец-то, у Гриши нормальная хозяйка будет!

Я уж было подумала, что она про Юту, но вряд ли эта юная бедолажка пройдёт баб Олин фейсконтроль.

Ох, жаль, что на матерях не женятся, правда, Ольга Михайловна?

Хотя, как пишут в журнале, психологический инцест тут налицо. В сотый раз понимаю бывшую Гришкину жену, которая умотала от них аж на другой континент. Не понимаю только, почему дочь оставила с этими недалёкими. Могла бы и забрать, может, девчонка не настолько оторванная от реальности выросла бы.

— В смысле?! – В кухню вошла Алиска. Только вспомни, как говорится. – Ты с нами жить не будешь, бабуля!

— Что здесь происходит вообще?! – следом появился Григорий.

Ну наконец-то, вся семейка Меньщиковых в сборе! Я б на месте Алиски тоже бы кричала «Караул» от перспективы жить с баб Олей на одной территории. Ну, а с другой стороны, может, научит любимую внучечку мыть за собой посуду и ёршиком свои недоразумения подтирать в унитазе.

— Я не смогла попасть в квартиру, вот пришлось вызывать МЧС. – Голос мой звучал на удивление спокойно, хотя внутри все кипело от абсурдности ситуации.

— В смысле? – Григорий, как и Алиска, выглядел абсолютно потерянным, не понимая смысла происходящего, как, собственно, и все мы. Ну, не обессудьте, таков был сценарий вашей матушки-бабушки, сценарий, написанный, очевидно, в приступе старческого маразма.