Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 214 – Диана Гэблдон

— Аминь! — громко крикнул Джейми.

— Аминь! — с готовностью подхватил дружный хор голосов.

Роджера тут же обступила восторженная толпа прихожан. Брианна, стоя в сторонке, улыбалась сквозь слезы, и я вдруг осознала, что делаю то же самое.

* * *

Я подозревала, что после первых двух раундов интерес к религии у многих поубавится, — и действительно, добрая половина прихожан отправилась по домам ужинать, продолжая обсуждать преимущества и недостатки каждой проповеди. Однако около двух десятков человек (не считая наше семейство), препоясав чресла, вернулись в Дом собраний ближе к вечеру, явно не зная, чего ожидать.

Рэйчел и Дженни расставили по периметру скамьи лицом к центру комнаты, где стоял мой столик для инструментов, а на нем — кувшин с водой и оловянная чашка.

Затем Рэйчел направилась к двери встречать входящих, а Йен и Дженни расположились по обе стороны от нее.

— Приветствую тебя, Друг Макхью, и все твое семейство, — сказала она Шону Макхью. — Согласно нашим традициям, женщины и мужчины сидят на разных концах комнаты. — Рэйчел улыбнулась Мэри Макхью. — Поскольку ты пришла первой из женщин, можешь выбрать любое место.

— Ой… Хорошо. Эээ… спасибо тебе. Так правильно? — шепотом спросила она мужа.

— А мне откуда знать? — резонно ответил он и повернулся к Рэйчел. — Получается, здесь все друг с другом на «ты»?

Рэйчел терпеливо объяснила, что «простую речь» использовать не обязательно — только по велению сердца, но в любом случае никто не будет подвергаться из-за этого насмешкам.

У собравшихся вырвался вздох облегчения, после чего в дверь один за другим опасливо протиснулись дюжие сыновья Макхью, а за ними потянулись и остальные.

Мы с мужем шли последними. Прежде чем войти, Джейми повернулся к Рэйчел и отечески похлопал по плечу:

— У тебя все получится, дочка!

— Так я ведь не собираюсь ничего делать, — возразила невестка. — Разве что если Святой дух сподвигнет меня произнести речь — тогда скажу что-нибудь подобающее случаю.

— Только это не значит, что встреча пройдет чинно и спокойно, — шепнул Йен мне на ухо. — Святой дух придерживается весьма свободных взглядов.

* * *

Ужин был совсем простым, поскольку никто не захотел сидеть дома и заниматься готовкой. С утра я сварила густую кукурузную похлебку с луком, беконом и картофелем; с маниакальной тщательностью проверив очаг и угли, накрыла котел крышкой и оставила еду доходить, помолившись о том, чтобы дом не сгорел ко всем чертям за время нашего отсутствия. У нас еще оставался вчерашний хлеб, четыре холодных яблочных пирога на пудинг и немного сыра.

— Какой зе это пудинг? — нахмурилась Мэнди, услышав мои слова. — Это пийог!

— Верно, малышка. Но англичане называют пудингом любой десерт, — пояснила я.

— Почему?

— Потому что ничего не смыслят в сладостях, — ответил Джейми.

— Кто бы говорил! Шотландец, который ест на десерт «взбитую тварь», — поддразнила я мужа. Джем и Мэнди покатились со смеху, то и дело повторяя «взбитая тварь».

Жермен, который чуть ли не с рождения ел «на пудинг» взбитый творог — называя его на шотландский манер «тварь», — укоризненно покачал головой и со снисходительным вздохом покосился на Фанни, словно ища поддержки. Девочка казалась смущенной; вероятно, ее познания в сфере десертов ограничивались пирогами и хлебом с маслом.