Книга Написано кровью моего сердца, страница 268 – Диана Гэблдон

Из подчиненных Джейми я забраковала около двадцати хромых, страдающих одышкой и слишком старых. Человек тридцать были практически здоровы, но нуждались в лечении повреждений, которые получили в драках или упав по пьяни. Некоторые из них все еще были пьяны, и их в сопровождении приятелей отослали проспаться.

Интересно, сколько людей обычно идет в бой пьяными? Откровенно говоря, мне и самой захотелось бы напиться, если бы пришлось делать то же, что им.

Вокруг царила жуткая суматоха, но радостное возбуждение переросло в нечто более хладнокровное и рассудительное. Приготовления велись уже всерьез.

У меня уже все было готово. По крайней мере, я на это надеялась. Маленькая палатка, чтобы укрыться в ней от солнца; тючки с медицинскими припасами; хирургические инструменты — к каждому прилагается бутылек с влажными шовными нитями; немного корпии — стирать кровь — и бутылочка с разведенным спиртом — соль кончилась, и я не осмеливалась просить ее у интенданта сейчас. Попробую сделать это утром. Еще аптечка, которую я всегда носила через плечо, — так, на всякий случай.

Ночь выдалась теплая, но я все же села ближе к огню — меня знобило, тело отяжелело, словно кости вдруг размягчились. Только сейчас я поняла, как сильно устала. Еще не все в лагере заснули — некоторые сидели вокруг костров, и в их разговоры то и дело вплетался случайный скрежет металла по оселку — точились косы и мечи. Звуки постепенно стихали, и после захода луны заснули даже самые взбудораженные предстоящим сражением солдаты.

— Скоро рассвет. Поспи хотя бы немного, тебе нужен отдых, да и мне тоже, — тихо сказала я Джейми и поднялась с приглушенным стоном.

— Ладно, ладно. Но спать я буду снаружи, а не в палатке — я там словно задыхаюсь, — идя за мной, тихо признался он.

— Ну что ж, снаружи много места, — согласилась я, хотя от предстоящей ночевки на земле мои бока уже заранее болели.

Мы взяли два одеяла и, зевая, прошли немного по берегу реки до укромного местечка под шатром из ветвей плакучей ивы, ронявшей в воду свои листья.

Там оказалось на удивление уютно: мы расстелили одеяла на толстом, пружинящем ковре из травы, а близость воды приятно холодила кожу. Со вздохом облегчения я сняла нижние юбки и корсет и слегка поежилась, когда влажная, прохладная рубашка коснулась кожи.

Джейми разделся до рубахи и натер лицо и ноги мазью от комаров — возле воды они буквально кишели. Я села рядом с ним и тоже подцепила пальцем немного пахнущей мятой мази. Комары редко кусали меня, но все равно зудели над ухом и назойливо лезли в рот и нос, невероятно раздражая.

Я лежа наблюдала, как Джейми тщательно наносит мазь. Вот-вот наступит утро, но мне все равно хотелось забыться хотя бы на краткий миг, прежде чем взойдет солнце и воцарится кромешный ад.

Джейми закрыл баночку с мазью и с глухим стоном растянулся рядом со мной. Черные тени листьев мельтешили на его светлой рубахе. Мы повернулись, наши губы встретились в поцелуе и улыбнулись. Мы поерзали, пытаясь удобней устроиться в объятиях друг друга. Было тепло, но мне хотелось касаться Джейми.

А ему хотелось касаться меня.

— Точно? — удивилась я. — Как ты можешь… ты ведь столько времени провел на ногах!

— Нет, только последнюю минуту-две. Прости, саксоночка, я знаю, что ты устала и мне не следует… но очень уж хочется. — Джейми убрал руку с моего зада и задрал свою рубаху, а я покорно подняла сорочку выше.