Книга Эхо прошлого, страница 393 – Диана Гэблдон

Сгустилась тьма, лунный свет едва пробивался сквозь тучи. Йен пошел медленней, я нагнала его, и он время от времени брал меня под руку, помогая перебираться через камни или ручьи.

— Далеко… еще? — выдохнула я, в очередной раз остановившись и переводя дыхание.

— Нет. Как ты, саксоночка? — тихо ответил родной голос.

Сердце екнуло и снова забилось спокойно, когда Джейми взял меня за руку и притянул к себе.

— Теперь хорошо, — уткнувшись лицом в его грудь, ответила я. Сделав усилие, подняла голову и спросила: — А ты?

— Вполне неплохо, — ответил он и, проведя ладонью по моей голове, коснулся щеки. — Сможешь пройти еще немного?

Я выпрямилась, чуть пошатываясь. Начинался дождь: тяжелые капли падали на голову, обжигая неожиданным холодом.

— Йен, ты не потерял ту фляжку?

Он открыл фляжку и вложил ее мне в руку. Я поднесла ее ко рту и осторожно наклонила.

— Это бренди? — удивленно спросил Джейми.

— М-м-м… — Я как можно медленней проглотила бренди и передала фляжку ему. Там еще оставалась пара глотков.

— Откуда она у тебя?

— От твоего сына. Куда пойдем?

Немного помолчав, Джейми отпил бренди.

— На юг.

Он взял меня за руку и под шепоток бьющего по листьям дождя повел в лес.

* * *

Насквозь промокшие и дрожащие, мы нагнали ополчение на рассвете. Нас чуть не подстрелил нервный охранник, но мне уже было все равно — к этому времени смерть казалась желанным избавлением от необходимости сделать очередной шаг.

Наши bona fides^[99] были установлены, и Джейми куда-то исчез, а вскоре вернулся с одеялом и тремя свежими кукурузными лепешками. Я в четыре секунды расправилась со своей долей этой божественной пищи, завернулась в одеяло и легла под дерево. Там было не так мокро, а толстый слой листьев мягко пружинил под телом.

— Скоро вернусь, саксоночка. Ты ведь никуда не уйдешь? — склонившись ко мне, прошептал Джейми.

— Не волнуйся, вряд ли я пошевелюсь раньше Рождества.

Дрожащее тело понемногу согревалось, и я неотвратимо погружалась в сон, словно в зыбучие пески.

Джейми усмехнулся и принялся подтыкать одеяло вокруг моих плеч. Лучи восходящего солнца осветили усталое лицо в пятнах грязи. Здесь, в безопасности, напряжение спало, поджатые губы широкого рта расслабились, и Джейми выглядел на удивление юным и ранимым.

— Он похож на тебя, — шепнула я.

Его рука замерла на моем плече, Джейми опустил глаза, пряча взгляд за длинными ресницами.

— Я знаю. Расскажешь мне о нем. Потом, когда будет время.

Он ушел, шурша мокрыми листьями, а я заснула, так и не окончив молитву за здравие Уолтера Вудкока.

Проститутка застонала сквозь зажатую в зубах тряпицу.

— Почти все, — прошептала я и осторожно провела пальцами по ее лодыжке, прежде чем снова заняться обработкой жуткой раны.

На ее ногу наступила лошадь офицера, когда девушка и несколько других людей и животных столпились у ручья, к которому спустились за водой. На вздувшейся покрасневшей стопе отпечатались гвозди, а разрез, оставленный острым краем износившейся подковы, заканчивался между четвертым и пятым пальцами. Я опасалась, что придется удалить мизинец — казалось, он держался лишь на лоскуте кожи. Но когда я внимательней обследовала ногу, то обнаружила, что кости чудесным образом не пострадали, — насколько можно судить без рентгеновского снимка.