Книга Дыхание снега и пепла, страница 589 – Диана Гэблдон

Я спросила:

— Какой… кхм… какой у тебя срок, милая?

Дрожащими руками она разгладила фартук, и под тканью обозначился округлившийся живот — гладкий, как арбуз, и уже довольно большой: шесть месяцев или около того. Я оцепенела. Девушка, очевидно, тянула до последнего и рассказала отцу о беременности, лишь когда сей факт стало невозможно скрывать.

Повисла неловкая пауза. Алан заерзал на стуле и утешительно зашептал:

— Все будет хорошо, Мэлли. Говори же, не тяни.

Она судорожно вздохнула и подняла голову. Ее покрасневшие глаза были по-прежнему прекрасны, но полны тревоги.

— О, сэр… — проговорила она и замолчала.

Эта сцена стала тяготить Джейми не меньше, чем гостей, однако он старался не терять дружелюбия и произнес как можно мягче:

— А мне расскажешь, девица? Тебя никто не тронет, обещаю.

Том Кристи раздраженно рыкнул, словно хищник, защищающий свою добычу от посягательств. Бледная Мальва не сводила глаз с Джейми.

— О, сэр…

В ее тихом, но звенящем, как колокольчик, голоске звучал упрек.

— О, сэр, зачем говорите такие слова, если сами прекрасно знаете правду?

Прежде чем кто-то успел опомниться, она повернулась к отцу, подняла руку и указала прямо на Джейми.

— Это он!

Хвала небесам, что, когда прозвучали эти слова, я смотрела на мужа. У него не было возможности подготовиться и проконтролировать свою мимику. Он, собственно, даже не пытался. Его лицо не выражало ни гнева, ни страха, отрицания или удивления. Лишь ошалелая оторопь и полное непонимание.

— Что? — спросил он и моргнул.

Наконец до него дошел смысл сказанного.

— ЧТО? — рявкнул Джейми во весь голос.

Удивительно, что звуковая волна не опрокинула маленькую потаскушку на ее лживую задницу.

Девушка заморгала и потупила глазки, олицетворяя собой стыдливую невинность. Изобразив, что не в силах вынести тяжелый взгляд Джейми, она отвернулась от него и протянула ко мне дрожащую руку.

— Мне жаль, миссис Фрэзер, — прошептала она, и на ее ресницах заблестели горестные слезы. — Он… мы… мы не хотели причинить вам боль…

Словно со стороны я с интересом наблюдала, как моя рука поднялась в воздух, размахнулась и, принеся чувство странного удовлетворения, отвесила Мальве такую смачную пощечину, что девушка отшатнулась, запнулась о стул и свалилась на пол. Хлопковые юбки задрались до самой талии, а ноги в шерстяных чулках нелепо взметнулись вверх.

— Боюсь, не могу похвастать тем же.

Слова сорвались с моих губ сами собой, выскочили одно за одним, как крепкие звонкие камешки.

И тут я пришла в себя. За секунды, на которые я выпала из реальности, корсет, казалось, еще туже сжал ребра, отчего стало труднее дышать. Изнутри распирало так, будто все жидкости моего организма — кровь, лимфа, пот и слезы — вот-вот меня разорвут. Задержав дыхание, я бы, наверное, просто лопнула, как разбившийся о стену спелый помидор.

Мое тело обмякло. Но не воля. Только она помогла мне устоять на ногах и добрести до двери. Я не помнила, как миновала коридор и вышла из дома. Лишь заметила, что вокруг внезапно посветлело и расплывчатыми пятнами зазеленел палисадник. Затем я бросилась прочь, словно все демоны ада гнались за мной по пятам.

Собственно говоря, никто и не подумал меня преследовать. Однако я бежала все дальше и дальше, нырнув с тропы в лес. Скользила по еловым иголкам, лавировала между камнями, едва не покатилась кубарем по склону, больно ударялась о бревна, продиралась через колючий терновник и валежник. Почти обессилев, я наконец остановилась у подножия холма, в темной лощине, окруженной со всех сторон высоченными зелеными кустами рододендрона. Тяжело дыша, села — почти рухнула — на землю. Перед глазами все плыло, и я откинулась на пыльную бежевую листву лаврового дерева.