Книга Дыхание снега и пепла, страница 417 – Диана Гэблдон

— Ума не приложу, как он это провернул, — сказал Фентиман, округляя глаза. — В таком состоянии!

К его чести, он был сильнее обеспокоен здоровьем своего пациента, чем собственными потерями. Фентиман был ужасным пьяницей — я никогда не видела его трезвым, — но не самым плохим врачом.

— И все же, — добавил он философски, — все хорошо, что хорошо кончается, не так ли, моя милая леди?

Он имел в виду, что стоимость лошади с лихвой покрыла его потери да еще и оставила его с достойной прибылью.

— Конечно, — отозвалась я, размышляя о том, как Джейми примет эти новости. Он выиграл жеребца — потому как это, конечно же, был Лукас — у Филипа Уайли в ходе горячей карточной партии в Риверане, только чтобы через несколько часов обнаружить, что конь украден Боннетом.

В целом Джейми, наверное, будет рад узнать, что жеребец вернулся в хорошие руки, хоть и не его собственные. Что же касается Боннета… Когда его тело не нашли после выстрела Брианны, Джейми сказал довольно цинично: «Говно не тонет».

Фентиман уже начал откровенно зевать. Его глаза слезились, он моргнул и начал похлопывать себя в поисках носового платка, затем наклонился, чтобы посмотреть в своем саквояже, который доктор уронил на пол возле кресла.

Я достала свой платок и наклонилась, чтобы подать ему, когда увидела их в открытом саквояже.

— Что это? — спросила я, указывая пальцем. Я и так видела, что это, разумеется, но мне нужно было узнать, где он их взял. Это были шприцы, два симпатичных маленьких шприца из меди. Каждый состоял из двух частей: поршня с завитыми ручками и цилиндра, сужающегося к одному концу и увенчанного узкой длинной иглой с тупым концом.

— Я… Почем… Это… ммм… — Мой вопрос совершенно застал его врасплох, и он стал заикаться, как школьник, которого поймали в туалете с сигаретами. Затем что-то пришло ему в голову, и он расслабился.

— Уши, — провозгласил он торжественно. — Чтобы чистить уши. Да, именно так, без сомнения. Ушные клизмы!

— О, вот как! — Я взяла один в руки, Фентиман попытался остановить меня, но его реакции были заторможенны и у него получилось схватить только краешек моего рукава.

— Как оригинально, — сказала я, двигая поршень. Он шел немного туго, но вполне удовлетворительно, особенно учитывая, что единственной альтернативой был самодельный шприц из кожаного мешочка с прикрепленным к нему клыком гремучей змеи. Конечно, тупая игла не подойдет, но ее несложно срезать так, чтобы край стал острым. — Где вы их взяли? Я бы хотела заказать такой же для себя.

В глазах доктора читался ужас, нижняя челюсть опустилась.

— Я… ээ… Я, правда, не думаю… — слабо запротестовал он.

Именно в этот момент, в самое неподходящее время, демонстрируя чудеса интуиции, в дверях показалась служанка.

— Мистер Бреннан пришел, у его жены подошел срок, — коротко сообщила она.

— О! — Доктор Фентиман подскочил на ноги, захлопнул саквояж и стремительно сунул его под мышку.

— Тысяча извинений, миссис Фрэзер… должен идти… дело безотлагательной важности. Был очень рад вас видеть! — Он выбежал из комнаты, крепко прижимая к себе саквояж и второпях наступив на свою шляпу.

Служанка смиренно подняла головной убор и несколько раз довольно равнодушно хлопнула по нему, возвращая к нормальной форме.

— Вы уходите, мэм? — спросила она тоном, из которого было понятно, что мне пора идти, независимо от того, хочу я этого или нет.