Книга Дыхание снега и пепла, страница 375 – Диана Гэблдон

Роджер глубоко вздохнул и, склонившись, поцеловал жену — мгновение глубокой искренней близости — и поднялся, чтобы прийти на помощь сыну.

Она осталась сидеть, прислушиваясь. С другого конца поляны доносились мужские голоса — высокий и низкий, требование и вопрос, заверение и восторг. Ничего экстренного: Джем хотел залезть на дерево, которое оказалось для него слишком высоким. Потом послышался смех, шуршание листьев — боже правый, Роджер тоже забрался на дерево. Теперь они все вместе сидели там, ухая как совы.

— Над чем ты смеешься, девочка? — Ее отец возник из темноты, от него пахло лошадьми.

— Над всем, — ответила Бри, двигаясь, чтобы он мог сесть рядом. Это была правда. Внезапно все показалось очень ярким — пламя свечей в окнах Большого Дома, светлячки в траве, свет в лице Роджера, когда он сказал ей о своем решении. Она все еще ощущала вкус его губ, и это волновало ей кровь.

Джейми потянулся вперед и поймал пролетавшего светляка, удерживая его в темной чаше ладони, где тот мерцал: холодный зеленоватый свет просачивался сквозь пальцы Джейми. Вдалеке Брианна слышала голос матери, лившийся через открытые окна, Клэр пела «Клементину».

Теперь мальчишки — и Роджер вместе с ними — выли на луну, хотя на горизонте висел только бледный серп полумесяца. Брианна почувствовала, что отец тоже трясется от беззвучного смеха.

— Это напоминает мне Диснейленд, — сказала она, забывшись.

— О. Где это?

— Это парк развлечений. Для детей, — добавила она, вспомнив, что в городах вроде Лондона и Парижа есть парки развлечений, но исключительно для взрослых. В эти времена никто не думал о том, чтобы развлекать детей чем-нибудь, кроме их собственных проказ и случайных игрушек.

— Мама с папой возили меня туда каждое лето, — сказала она, без труда возвращаясь в жаркие солнечные дни и теплые ночи Калифорнии. — Деревья были украшены крохотными мерцающими лампочками, светлячки мне о них напомнили.

Джейми раскрыл ладонь: светлячок, внезапно свободный, моргнул два или три раза, расправил крылья с тихим жужжанием и, поднявшись в воздух, улетел.

«Жил простой шахтер в каньоне, и с ним дочка, Клементина…»

— И как там было? — спросил он с любопытством.

— О… Там было замечательно. — Она улыбнулась самой себе, вспоминая яркие огни Мэйн-стрит, музыку, зеркала и красивых, украшенных лентами лошадей на карусели короля Артура. — Там можно было прокатиться на разных аттракционах… так мы это называли. А еще там была лодка, на которой можно было проплыть через джунгли и посмотреть крокодилов, бегемотов и охотников за головами…

— Охотников за головами? — заинтригованно переспросил он.

— Не настоящих, — заверила она. — Это все понарошку, но… Как сказать… Это целый маленький мир. Когда ты там, настоящий мир исчезает и ничего плохого не может произойти. Они называли его «Самое счастливое место на земле», таким оно и казалось, хотя бы ненадолго.

«И была она, как фея, крошечная Клементина, вместо туфелек носила две жестянки от сардин».

— И отовсюду постоянно звучит музыка, — сказала она, улыбаясь. — И группы музыкантов с трубами, барабанами и другими инструментами ходят взад-вперед по улицам, играют в павильонах…

— Верно, такое случается в парках развлечений. Или случалось в том, где я бывал.

Брианна услышала улыбку в его голосе.