Книга Путешественница, страница 525 – Диана Гэблдон

— Да-да… И вам.

Когда шаги стихли и был слышен только плеск волн, я вынула одеяло изо рта.

— Боже…

Руки Джейми ласкали мои ягодицы.

— Никогда не видел таких круглых ягодиц!..

Качка сделала его движения более резкими, и я крикнула.

— Тсс!

Мой рот был зажат его широкой ладонью, рубашка задрана на спину, а сама я придавлена весом Джейми к койке. Жар усилил мою чувствительность, и жар же передавался ему.

Буря чувств и хаос ощущений — вот что это было. И теплая сырость сбитых одеял, холодный морской ветер, остужавший наши разгоряченные тела, его дыхание, щекотавшее мою шею, и руки, ласкавшие мои груди, жар и холод, связанные с пролитием семени и блаженным удовлетворением.

Приятно было чувствовать обмякшее тело мужа и слышать его сбивчивое дыхание. Пот промочил мою сорочку, и я замерзла.

Джейми хлопнул окошком, запихнул меня в кровать, укутал одеялом и спросил:

— Рука болит?

— Чья рука?

Я ощущала себя ни много ни мало тряпичной куклой, безвольной и бесформенной, которая ждет обретения внешней оболочки.

— Отлично. Значит, выздоравливаешь. Встанешь?

— Нетушки!

— Тогда я пойду скажу Мерфи, что ты просила кланяться и благодарила за суп.

Он провел рукой по моему прохладному лбу, затем по щеке, остального я не помню.

Я не слышала, когда он ушел.

— Они гонятся за нами! — Джейми был возмущен, взирая с «Артемиды» на морскую гладь.

Кингстонский залив, подобный жидкому сапфиру, лежал слева от корабля. Над ним поднимался по склону город, утопавший в зелени, составленный из розово-желтых домов. Коль уж проводить сравнение с драгоценными камнями, то дома казались слоновой костью и кварцем, вставленными в растительный малахит. А лазурь воды несла «Дельфин», военный корабль флота его величества под белоснежными парусами.

— Проклятая посудина! — Джейми послал вдогонку кораблю проклятие, когда мы прошли мимо горловины бухты, не заходя в нее. — Да меня все пасут, не было такого, чтобы за мной кто-нибудь не гнался!

Он гневался довольно забавно, но, к сожалению, это была правда: Джейми преследовало много врагов, а с «Дельфином» у нас были особые счеты.

— Не похоже на погоню. Том Леонард собирался идти на Ямайку.

— Да? — недоверчиво покосился Джейми. — К чему им Ямайка, когда можно зайти на Антигуа? Там верфи и военно-морские казармы, все есть. А они к тому же спешат. Зачем им Ямайка?

Фигурки матросов сновали по реям, заметные даже издали.

— Не им, а ямайским властям — везут нового губернатора. Так что порт им не миновать.

Близость «Дельфина» внушала мне страстное желание спрятаться за бортиком, будто бы моряки могли увидеть нас так, как мы видели их. Эта мысль была глупой, потому что даже знаменитая шевелюра Джейми не была видна с такого расстояния.

— А… Новая шишка.

Джейми интересовали сейчас исключительно поиски Эуона: через час нас ожидали в Сахарной гавани у плантации Джареда.

— Шишку зовут Грей. — Я отвернулась от борта. — Довольно приятный человек, я видела его.

— Грей… Часом не лорд Джон Грей? — спросил Джейми с пробудившимся интересом.

— Да, он. А ты знаешь его?

Услышав знакомое имя, Джейми изменился в лице и теперь не выпускал «Дельфин» из виду.

— Знаешь?

Он был занят своими мыслями и ответил не сразу:

— Да… это мой друг.

Я не особо удивилась этому сообщению, потому что круг общения Джейми был самым разнообразным и в друзьях у него ходили и титулованные особы типа Карла Стюарта, и высокопоставленные типа министра финансов Франции, и обычные шотландские нищие, и французские воришки. Английский аристократ ли, ирландский пират ли — для него не было разницы.