Книга Путешественница, страница 522 – Диана Гэблдон

Теперь я хотела возразить, но поскольку мой рот был занят сочной долькой, я просто уставилась на Джейми, требуя ответа.

— А еще люблю тебя. И буду любить.

Ласково целуя меня, он коснулся моей щеки и пообещал:

— Принесу поесть, когда проснешься.

Честно уснув, я проспала недолго, а проснувшись, поняла, что лихорадка продолжается. Было и хорошее: появился аппетит. Джейми принес «что-то особенное», чем Мерфи захотел удивить больную, — похлебка зеленого цвета, пахнущая шерри, но которую он намеревался влить в меня посредством ложки. Я протестовала, он настаивал.

— Слушай, у меня же не две руки зашиты.

— Да, вторая свободная. Но я-то видел, как ты хорошо с ней управляешься. Уж лучше я тебя покормлю. Иначе старина Мерфи выйдет из себя, когда узнает, что его бесценное варево пролила неблагодарная англичаночка, а я отвечай. Валяй, открывай рот.

Пришлось подчиниться, тем более что с каждой ложкой я убеждалась в кулинарных способностях Мерфи все больше. Суп был превосходен, более того, мне казалось, что вкушая его, я не чувствую боли в руке.

— Еще хочешь? Давай я налью, тебе нужно восстановить силы.

Я еще не успела ничего сказать, но Джейми уже открыл супницу и до краев налил мою плошку.

— Как там Измаил? — проговорила я в перерыве между кормлением.

— Сейчас на задней палубе: под палубами ему неуютно, и я наказывал Мейтленду соорудить для него гамак. Неудивительно, что он не хочет сидеть в трюме. Представляю только, как их там содержали.

— А не опасно ли это — позволять ему разгуливать где заблагорассудится? Кстати, что это за снедь состряпал Мерфи?

Вторая ложка полностью раскрыла аромат и вкус еды, но каждая следующая приносила еще большее удовольствие.

— Это черепаховый суп. Штерн прошлой ночью поймал морскую черепаху из тех, которые самые большие. Говорит, что панцирь сохранит для гребней, мол, ты будешь рада.

Тень омрачила его лицо. Сколько раз он ревновал меня по пустякам! Впрочем, это могла быть реакция на мои слова об Измаиле.

— А за Измаилом смотрит Фергюс. Настоящий надсмотрщик.

— Но, Джейми, у него же медовый месяц! Хорошо ли это? Мм, вкуснотища, — похвалила я очередную порцию супа.

Джейми был непреклонен.

— Ну и что с того, что он женат? Еще натешится. Сейчас он прежде всего член команды. И вообще, считается, что воздержание укрепляет сердце.

— Ерунда! — Я отклонилась от ложки, чтобы иметь возможность поговорить. — Как врач говорю, что ерунда. Если что-то и укрепляется, так это то, что и так должно быть крепким.

— Стыдись, англичаночка. Разве подобает замужней женщине говорить такое? — Джейми ухитрился впихнуть в меня ложку. — К тому же слова очень опрометчивые.

— Почему?

— Потому что ты испытываешь меня. — Он поболтал ложкой в тарелке. — Как ты думаешь, могу ли я воздерживаться, видя твои распущенные волосы и соски, как вишни?

Мне пришлось бросить заинтересованный взгляд на свою грудь, и Джейми, не заметив моей опущенной головы, ткнул ложкой мне в нос. Вкусное варево пролилось, и таким образом открылся еще более прекрасный вид, хотя, признаться, тонкая хлопковая рубашка и так мало что скрывала.

— Вроде ты меня первый раз увидел.

— Младенец, отнятый от груди, начинает пить воду и пьет ее всю жизнь. Но пить-то все время хочется, как ни крути. Еще супу?