Онлайн книга «Якобинец»
|
В своих письмах де Бресси также твердил о том же.. К несчастью Норбер не узнал вовремя об этом… Исчезновение несостоявшейся «гражданки Куаньяр» После этой истории наступило примирение и временное затишье. Норбер снова рискуя, дерзко возобновил подпольное издание враждебной новому правительству газеты. Последняя ссора произошла в мае 1796 года прямо накануне его нового внезапного ареста по делу заговора Бабёфа во имя Равенства. Сидя перед зеркалом, Луиза задумчиво расчесывала длинные русо-золотистые волосы: — Любимый, мне надоело скрываться под чужой фамилией, согласись, «гражданка Куаньяр» звучит куда лучше, чем какая-то фальшивая «гражданка Дюпон? Этот намек звучал уже не впервые. На него следовало ответить. Норбер оторвался от коррекции рукописи: — Да, милая, я тоже так думаю. Но пока эта идея несвоевременна, ты в любой момент можешь стать «вдовой Куаньяр», неприятно тебе об этом напоминать, но это так. Молодая женщина резко повернулась к нему: — О, да ты милый хочешь сказать, что я должна ждать, пока ваша революция, наконец, закончится? И когда же это случится, милый друг, ты сам это знаешь? Через месяц, через год, через пять лет, а может через десять?! Ты предлагаешь мне ждать «второго пришествия» и первой седины?! О, да это утонченная форма отказа! Бедная графиня де Масийяк, она не годится даже в жены санкюлоту! Норбер отложил бумаги и тяжело вздохнул: — Лулу, не начинай сначала. Я очень хочу назвать тебя женой, но нам нужно немного подождать. Нет, не месяцы, не годы, совсем чуть-чуть. Причина отсрочки крайне серьезна, скоро всё решится. Немного доверия и терпения, Лу.. Прелестное лицо Луизы стало грустным, она подняла на него свои большие выразительные глаза: — Я очень люблю тебя, Норбер. Но я устала ждать. Эти вечные опасности истязающие нервы, сначала всё вокруг угрожало мне и моей семье, теперь что-то угрожает тебе. К тому же эти стесненные условия, эта бедность, ты же должен понять, я не привыкла жить так… Встав из-за стола, Норбер сел на ковер у ее ног и положил голову к ней на колени: — Потерпи немного, скоро всё решится. Когда меня и моих товарищей перестанут преследовать, я смогу рассчитывать на подобающую должность и доходы станут на много порядков выше. Я сумею обеспечить тебе достойную жизнь, не бойся, ты не будешь нищей, хотя придворных балов, особняков и золота Перу всё же не обещаю. Ты же знала, что я не аристократ, не банкир, не коммерсант и принципиально не желаю иметь с ними ничего общего? Луиза гладила его густые чёрные волосы, нежно касаясь слегка небритой щеки: — Я верю тебе, любимый. Но боюсь и предчувствую, что-нибудь случится опять и разрушит наши планы. Надеюсь, ты ни во что такое не замешан, милый мой мальчик, беспокойная душа? — Не думай о худшем. Лучше поцелуй меня и успокойся. Этот арест был кратковременным, но вернувшись домой через две недели Норбер не нашел Луизы. Четыре месяца он метался в отчаянных поисках любимой, Луизы нигде не было, не было ни письма, ни записки, в Санлис она не возвращалась. Приезжая в Санлис трижды, де Бресси он не застал в своем имении. Или тот просто приказал слуге сказать, что хозяина нет дома? Все его письма оставались без ответа. Только через пять месяцев получил от него короткое письмо: |