Онлайн книга «Якобинец»
|
Роялист, однако, колебался секунды. — Вы честный человек, гражданин… — Лапьер,– он слегка наклонил голову. — Барон де Сент-Эрмин, к вашим услугам. Пока еще царит мир, хоть и фальшивый, но завтра мы снова станем врагами. — Всё верно, господин барон. Оставшись один, Лоран поморщился, вспомнив «граждан-представителей». Он знал их. Да это же редкие моральные уроды, достойные кунсткамеры, как по конкурсу подобрали! А точнее по образу и подобию пославших их Барраса и Тальена. Правительство! Конспирация негодяев, разлагающих Республику, вот их точное определение! А теперь снесённое ими совместно с Корматэном «тухлое яичко» разобьётся, и вонь заставит разбежаться принципиальных людей обеих партий! Неискренне миролюбие роялистов, не мира, а временной передышки искали они, да и то, большинство было откровенно против каких-либо переговоров. Временной передышки желало и правительство, напуганное усилением активности роялистов после Термидора и их возросшей агрессивности, при якобинцах эти господа не смели так нагло поднять головы! Сейчас банкет, сидят бок о бок, пьют, закусывают, беседуют, ухаживают за дамами, а завтра? Трусливые вожаки Термидора озвереют, узнав о срыве переговоров, и устроят охоту на Корматэна, не оправдавшего их надежд, интересно, он получил только половину обещанного или миллион сразу? Миролюбие термидорианцев? Блеф! Пустое! Они осознали, что не справляются с ситуацией и только поэтому дружелюбно вильнули хвостами перед врагом, а вдруг поможет? По этой же причине они скоро будут вынуждены амнистировать якобинцев, дабы мобилизовать их против роялистов, продажных выкидышей Термидора господа скорее слегка опасаются и брезгливо презирают, зная, что их «терпимость» нетрудно купить, но «люди 93 года» действительно страшны для бывших господ… Внезапно мысли его приняли иное, более приятное направление: «Наверное, мадемуазель де Сенваль тоже на этом банкете?» На переговорах в Ла-Превале присутствовали молодые жёны, взрослые дочери и сёстры роялистов. Девушки и молодые женщины устали скрываться и вести спартанский образ жизни, а тут представилась возможность нарядиться и побывать на банкете, как «в добрые старые времена». Правда из кавалеров почти одни республиканцы, «эти проклятые якобинцы»… Но слишком юных или уставших от одиночества дам даже это уже не смущало… Тем более, что «проклятые якобинцы» оказались вполне симпатичны, вежливы и образованы, большинство весьма молоды и совсем не напоминали те «гнусные чудовища» и представителей «темных сил», какими их рисовала роялистская пропаганда. Следующий день поразил обе стороны, едва оправившиеся от последствий банкета. Опубликованное письмо Лапьера вызвало бурю отвращения к изменнику и возмущения в среде роялистов, они в резких выражениях отвергли то, что подписали накануне, будучи грубо обмануты «миротворцем» бароном. Корматэн отчаянно защищался, но всё было напрасно, роялисты начали покидать отведенный для их ночлега лагерь… «Граждане-представители» остались ни с чем, в недоумении и бешенстве, миссия была неожиданно провалена, когда всё шло так гладко, кого благодарить за это злосчастное письмо?! Месть Парижа не заставила себя ждать, с терпимостью к «бывшим» снова было покончено. Репрессии против роялистов обрушились так активно, как того не бывало после Термидора, усилились меры по обороне Республики и не случайно. |