Книга Якобинец, страница 208 – Ольга Виноградова

Юные де Бресси молча и серьезно смотрели на него.

— Парень, чёрт побери, как же тебе повезло!, – из-за штор прихожей высунулась рыжеватая голова Жюсома, – я скрываюсь здесь с самого 10 термидора! Какая злая насмешка судьбы, теперь де Бресси, эти «бывшие», наши домохозяева! Если бы я был мистиком, сказал бы, что тебя спасло чудо, ведь и действительно ты один из защитников Ратуши, кто остался в живых! Кстати, о судьбе Филиппа пока вообще ничего неизвестно, да жив ли он ещё?…

Коренастый брюнет с резкими чертами лицами протянул Норберу руку:

— Жером Жозеф Лавале, гражданин. Ваш коллега по службе… Общественная Безопасность, а теперь и коллега по несчастью!

Куаньяр сжал протянутую руку. И все же… он считал, что убежище семьи де Бресси никому неизвестно, кроме него самого, Жюсома и Дюбуа. Кто его знает, чей это человек?

— Вы то как оказались на этой квартире?

Анжель де Сен-Мелен подошла к ним и слегка коснулась плеча помрачневшего Лавале, голос молодой женщины звучал тихо и мягко:

— Ради Бога, извините, гражданин Куаньяр, это всё я. В тюрьме вы дали мне адрес, чтобы передать весточку мадемуазель де Масийяк. Когда мне грозил вызов в трибунал и смерть, гражданин Лавале…Жером… был добр ко мне, – она бросила неуверенный взгляд на Лавале, но тот отчего-то вообще нахмурился и опустил глаза, – а теперь ему угрожает арест и смерть… теперь я не могу бросить его…

Лавале резким движением натянул красный колпак с трехцветной кокардой.

— Если гражданин Куаньяр против моего присутствия здесь, я немедленно уйду!

Мадемуазель де Сен-Мелен умоляюще коснулась руки Норбера:

— Ради Бога, куда же ему идти, квартиру караулят жандармы… его схватят, бросят в тюрьму и осудят на смерть, куда же еще, на улицу, прямо под ножи мюскадэнов!

Норбера удивил вид Лавале, заметно, что он был искренне тронут вниманием девушки, но в то же время ему явно было неловко принимать ее заботу. Что за странные отношения связывают этого санкюлота и молоденькую аристократку?

Жестом гостеприимного хозяина Куаньяр указал Лавале на кресло:

— Оставайтесь, пожалуйста, гражданин. Мы действительно товарищи по несчастью. Вы не против моего решения, господин де Бресси?

Заметно повеселевший и оживившийся Жюсом оглядел собравшихся, в его глазах заискрилась беззлобная насмешка:

— У нас тут и так Ноев ковчег, всякой твари по паре, санкюлоты и аристократы, якобинцы и роялисты под одной крышей и за одним столом.

Граф встретился взглядом с Куаньяром, но тот лишь слабо улыбнулся и пожал плечами, призывая не обижаться. Пьер как всегда в своем репертуаре.

— Садитесь к столу, граждане, – распорядился де Бресси, – я думаю, теперь нам можно узнать смысл происходящего, что всё это означает, по крайней мере, для нас?

Куаньяр усталым нервным жестом убрал со лба влажные волосы:

— Для вас это означает некоторые послабления, возможно, очень скоро вы сможете покинуть это убежище..Я ничем более не могу помочь ни вам, ни самому себе…

— Что же тогда это означает.. для вас? – нежный голос Луизы дрогнул. Цепкий понимающий взгляд де Бресси заставлял его чувствовать неловкость и не встречаться глазами с Луизой.

— Эти конкистадоры нашей кровью начнут стены красить, – обращался он скорее к другу, Жюсом мрачно пригнул голову в знак согласия. Лавале опустил глаза и задумался.