Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 89 – Шу Кэ

Он искушал: «Что есть мораль? Разве ученик и учитель связаны родственными узами? Если послушаешься меня, он тебя полюбит».

Он подгонял: «Найди Чжо Юнь! Убей ее! Он будет твоим!»

Конечно, Чун Цзы не собиралась следовать велениям голоса. Дева Чжо спасла ей жизнь, и, даже если бы у ученицы не осталось ни капли совести, она ни за что бы не предала своего наставника. Он воспитывал, учил ее. Сотвори она что-то подобное, то была бы недостойна называться его ученицей! К тому же он любил деву Юнь. Одного этого было достаточно, чтобы никогда не причинять ей зла.

Проблема в том, что Чун Цзы могла бы поручиться за свои действия, если бы она была в ясном уме, однако разум ее оказался затуманен.

Это была запутанная история, которая нуждалась в тщательном расследовании. Но как рассказать о ней бессмертному надзирателю Миню и остальным?

Слова Янь Чжэньчжу, сказанные той ночью, прояснили сознание. Она и правда вела себя слишком легкомысленно: легко любила, легко давала волю своему нраву, считала, что сама ответит за свои поступки. Совершенно не думала, какой позор может навлечь на своего наставника. Как другие люди будут смотреть на него? Каково ему будет узнать, что ученица, которую он воспитывал и защищал, отбросила стыд и основы морали?

Чун Цзы опустила глаза.

— Я не помню.

— Попробуй вспомнить. Может быть, есть какая-то зацепка? Хоть что-то, что поможет очистить твое имя. – Подбадривая, Цинь Кэ сжал ее руку. – Бессмертный надзиратель Минь был вынужден подвергнуть тебя пытке. Он хочет спасти тебе жизнь. Если скажешь правду, уважаемые наставники обязательно поверят.

Чун Цзы лишь покачала головой, слезы продолжали течь по щекам.

Наставник рассказывал, что, если во время совершенствования на сердце рождается навязчивая идея, она может переродиться во внутреннего демона. В сердце Чун Цзы зародились греховные помыслы в отношении учителя и зависть к деве Юнь… Тот голос мог быть ее внутренним демоном. Как узнать наверняка? Возможно, она правда убила деву Юнь?

Цинь Кэ долго смотрел на нее, а затем сказал:

— Здесь только мы с тобой. Если доверяешь своему брату, расскажи все, что знаешь. Ты правда ничего не помнишь?

Чун Цзы отвернулась, смутившись под его взглядом.

— Не помню.

Ее пульс изменился, она явно лгала и переживала. Цинь Кэ обычно было трудно вывести из себя. Но сейчас…

— Как ты можешь что-то скрывать при таких обстоятельствах? Знаешь, какими могут быть последствия?! Почтенный уже распорядился передать тебя в школу Цинхуа! До сих пор надеешься, что он тебя спасет?

— Прости меня, брат Цинь. Прости… – Чун Цзы крепко сжала обе его руки. – Не переживай за меня. Я… я не боюсь.

Цинь Кэ сбросил с себя ее руки, встал, сделал несколько шагов, но остановился.

— Что я могу для тебя сделать?

— Брат Цинь, можешь ли ты использовать заклинание Очищения?

Она не могла сейчас применять магию и не хотела в последний раз предстать перед наставником в таком виде. Ее несправедливо обидели, но она продолжает думать о таких вещах. Цинь Кэ помрачнел, не зная, что сказать.

Ло Иньфань ясно выразил свою позицию по данному вопросу, теперь всеобщее внимание было обращено к школе Цинхуа.

Школа Наньхуа добровольно согласилась выдать предполагаемую преступницу. На первый взгляд решение подходящее, однако, если вдуматься, оно все равно портило дружеские отношения между школами. Все же положение девушки было особенным, нельзя горячиться. Но и просто так отпустить ее – значит предать память невинно убиенной сестры. Дело было очень деликатным, поэтому глава Чжо Яо не поехал в школу Наньхуа лично, а отправил вместо себя Чжо Хао. Правда, все и так понимали, чем это все в конце концов закончится.