Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 71 – Шу Кэ

— Старая ведьма, что ты хочешь от меня?

— Где Чжо Хао?

Если бы дева Чжи могла, она бы спрятала где-нибудь Чжо Хао, чтобы он принадлежал только ей.

— Если ты не знаешь, откуда знать мне?

— Бесстыжая тварь! – холодно хмыкнула Минь Суцю. – Ты совратила чужого мужа!

— Ты уродливая и злая, конечно, он ушел от тебя, – ничуть не смутилась дева Чжи. Намеренно провоцируя ярость Суцю, она закатила глаза и продолжила: – Тебе нужна Нефритовая омолаживающая пилюля для сохранения красоты! Потребовалось тридцать два года, чтобы ты обрела бессмертное тело! Как ты вообще можешь считать себя достойной господина Чжо? Теперь он сожалеет о своем выборе, говорит, что совершил ошибку. Жаль, нельзя вернуть тебя назад.

Супруги в бессмертных парах обретают бессмертные кости в разное время. Чтобы поддерживать молодость, тот, кто старше, часто использует ценные эликсиры и пилюли. Это частое явление, и обычно оно никого не смущает. Но Минь Суцю была человеком мнительным и этот момент принимала слишком близко к сердцу, потому слова девы Чжи задели ее за живое. Она пришла в ярость и занесла руку, чтобы дать обидчице пощечину. Дева Чжи увернулась, выхватила нефритовую шпильку и замахнулась, превратив ее в короткий шип.

Обычно женщины по своей природе нежны и красивы, поэтому не так хороши в драке. Обменявшись несколькими ударами, они быстро обратились к магии, растревожив сливовый сад. Чун Цзы молча наблюдала со стороны.

Главным виновником всего происходящего был Чжо Хао. В конце концов, это он одурачил деву Чжи, а не она его соблазнила. Не будь девы Чжи, нашлась бы другая девушка.

Госпожа Чжо за пиршественным столом выглядела изящной и хрупкой, держалась достойно. Но в драке она оказалась не менее напориста, чем ее соперница. Дева Чжи, в свою очередь, выглядела свирепой, однако в реальности не переходила черту. У нее не было намерения причинить сопернице вред. А вот госпожа Чжо так и норовила ударить деву Чжи по лицу, чтобы подпортить ее красоту. К счастью, та не уступала ей в магических навыках и с легкостью отражала атаки.

Молодой господин Чжо любил ту, первую Чун Цзы, а женился на Минь Суцю. Смерть соперницы должна была обрадовать ее.

Говорят, «кусачая собака не лает, а брехливая не кусает». Теперь, когда Чун Цзы увидела истинный характер Минь Суцю, она могла бы поверить, что та плела интриги у других за спиной. Сначала Чун Цзы посочувствовала Суцю из-за того, что та лишена любви мужа, но теперь, когда узнала, что госпожа Чжо может быть причастна к смерти старшей соученицы по наставнику, когда вспомнила полный ненависти и досады взгляд, которым женщина ее только что одарила, потеряла к ней всякое расположение.

Глядя на драку двух женщин, Чун Цзы оставалась абсолютно спокойна. Поймав взгляд Вэнь Линчжи, она подошла ближе и поклонилась.

— Приветствую, сестра Вэнь.

— Разве не жалкое зрелище? Лезть в драку из-за мужчины, – хмыкнула Вэнь Линчжи.

Чун Цзы тактично промолчала.

Вэнь Линчжи развернулась и ушла.

У Чун Цзы не было сил смотреть на драку, и она тоже решила вернуться на праздник. Девушка шла по тропинке, опустив голову, и, сама того не замечая, вспоминала слова Вэнь Линчжи о смерти прежней ученицы наставника. Они взволновали сердце, хотя девушка и не понимала почему.

— Чун Цзы.