Книга Чун Цзы. Книга 2, страница 10 – Шу Кэ

Тишину леса нарушало лишь пение птиц.

Внезапно девочка почувствовала присутствие кого-то до боли знакомого. Сердце вдруг бешено забилось. Она и сама не понимала, что это за чувство, никогда прежде не сталкивалась с таким. Радость и одновременно – страх.

«Кто это?» Слезы высохли, и девочка медленно подняла взгляд.

В паре чжанов перед ней, под старой изогнутой сосной, неподвижно стоял молодой бессмертный. Казалось, он был там уже долгое время.

Его длинные волосы струились по спине. Весь вид был величественный, благородный и равнодушный. Никаких слов этого мира не хватило бы, чтобы описать его абсолютную красоту.

В нем не было ничего от простого смертного, то был истинный небожитель. От него исходило едва заметное чувство одиночества – конечно, кто бы посмел приблизиться к нему? Даже думать о нем казалось кощунством. Все, что мог чувствовать простой смертный, – это собственное ничтожество. Этикет? Правила? Впервые в жизни девочка забыла о них, отбросила с раздражением, как что-то совершенно ненужное. После того как она увидела его, все условности смертных казались просто пылью. Перед глазами была лишь эта фигура в белом, прекрасная и холодная, словно лед.

Она недостойна смотреть на него, но и отвести взгляд не могла.

Его черные глаза были такими глубокими, что, без сомнения, могли заглянуть в самую суть человеческой души. Девочка ощутила дрожь в сердце, но не хотела, чтобы это чувство прекращалось. Казалось, такое с ней уже было. Давно, возможно, в прошлой жизни.

В миг, когда их взгляды встретились, она увидела его потрясение.

Мгновение – и небожитель исчез.

Что это было? Реальность или иллюзия? Девочка стояла в оцепенении, обдумывая произошедшее, и именно в этот момент он предстал прямо перед ней.

Невозможно описать словами то потрясение, что испытал сейчас Ло Иньфань. Он уже собирался покинуть гору Наньхуа, чтобы отправиться на поиски повелителя демонов Цзю Ю, как вдруг почувствовал знакомую ауру, едва ощутимую, но такую близкую его сердцу. Ощущение трудно было описать. Даже он сам не мог разобраться в этом чувстве. Ло Иньфань знал лишь одно: ему необходимо спуститься на землю и найти источник этой ауры. Необходимо настолько, что он даже забыл набросить на себя заклинание Невидимости.

«Кто это?»

В душе он уже знал ответ, хотя все еще не мог поверить.

Девочка, стоявшая перед ним, была сдержанна и почтительна. У нее больше не было маленького личика в форме тыквенного семечка и больших лукавых глаз. Теперь ее лицо было круглым, но четко очерченным, глаза феникса ^[3]– миндалевидные с приподнятыми вверх уголками – были обрамлены длиннющими черными ресницами. Сейчас она не выглядела угловатой, скорее милой, кокетливой, в ней не было детскости.

Ло Иньфань еще сильнее побледнел.

Стоящая перед ним девочка больше не была тем худым недоедающим ребенком, сейчас она была такой воспитанной, такой красивой. Но все же это была она! Абсолютно точно она!

«Только как?»

Тот странный смышленый ребенок с пика Пурпурного бамбука, который хитрыми уловками пытался привлечь его внимание, девочка, которую он сжимал в объятиях, молодая девушка, что лежала у него на коленях у источника Четырех морей, та, что растирала чернила в главном зале дворца Чунхуа, девушка, которая стояла на коленях, умоляя его не злиться, – все снова вернулось. Все снова реально.