Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 120 – Наталья Смеречинская

А потом поцеловал!

При всех!

Жадно, страстно, болезненно и тягуче, не жалея дыхания.

Рядом послышались ох и глухой звук.

Похоже, Дафна потеряла сознание. К ней бросился Рафаэль и какие-то служители храма. Поднялась суета, но мы не обращали на это никакого внимания, продолжая целоваться.

Я плакала. Или он? Не важно! Мы не виделись шестьдесят лет! И наконец-то соединились.

Лишь когда закончился весь воздух в легких, и дыхания не осталось, я легонько толкнула его в грудь, давая понять, чтобы отпустил.

И он это сделал.

— Тео, — тяжело дыша, я смотрела на родные черты, что теперь уже расплывались в мареве слез, а не головокружения.

Он тоже, несомненно, вернулся. Значит, у нас есть возможность все исправить до того, как случится непоправимое.

— Мы должны немедленно найти Амелин.

Несмотря на мое желание сейчас быть как можно ближе к нему, мысль об осколке его души, который, возможно, в эту самую минуту подвергается насилию, заставила отложить всю слабость в сторону.

— Какую Амелин? — нахмурился Теодор, а потом развернул меня к толпе. — Вот эту?

С третьего ряда, поверх голов гостей, поднялась тонкая, белая ручка и игриво помахала мне.

А потом невысокая изящная девушка с белоснежными волосами подскочила и громко сказала:

— Привет, Кори.

После чего послала мне воздушный поцелуй и засмеялась.

Я обмякла в руках Теодора и тоже залилась облегченным смехом. Все! Все закончилось! Больше не будет никаких препятствий и страданий.

Наконец-то в этой жизни все пойдет как надо.

Корделия

Рассвет стыдливо заливал нашу новобрачную спальню нежным, смущенно-красным светом. Я лежала на спине, прикрытая легкими простынями, и смотрела на Тео на удивление ясными глазами. Чересчур ясными для человека, которого не отпускали всю ночь.

А перед этим протащили через все явные и тайные брачные обряды, существующие в нашем королевстве.

Теодор спал на животе, неосознанно повторяя ту позу, в которой я видела его в последний раз. Только теперь он не страдал и не умирал. Лицо его было юным, прекрасным и очень умиротворенным.

Но при этом руку мою он отказывался отпускать даже во сне.

Мне было неудобно, вся правая сторона затекла почти до плеча, но я терпела.

Все казалось таким нереальным и сказочным, что мозг отказывался поверить. Неужели в третьей жизни все получится, и мы будем счастливы без всяких «но»?

На груди потеплела татуировка, подтверждая мои мысли. Дракон, страстно обнимающий жемчужину, не оставлял сомнений — в этой жизни все действительно будет хорошо.

Странно, но в этот раз знак уже был на моей груди, когда мы проходили ритуал в Гнезде.

Я носила его всю жизнь, как носила образ Теодора, и он последовал за мной в послесмертие.

Судьба, которая связала нас и категорически отказывалась отпускать.

Слезы набежали на глаза, но я строго-настрого запретила им проливаться. Их было достаточно на нашем веку. Хватит. Теперь только улыбки и радость.

Нужно заканчивать с тяжелыми мыслями и вздремнуть хоть немного пока дракон не проснулся и не взялся за свое опять...

Я придвинулась к Тео и, бесцеремонно освободив руку, нагло устроилась у него на плече. Вздохнув поглубже и наконец-то расслабившись, я заснула, совсем не заметив тонкой улыбки, на мгновение озарившей его лицо.

******

Теодор

Она наконец-то заснула. Тихо засопела, уткнувшись мне в грудь и обжигая кожу своим дыханием.