Книга Избранная, страница 27 – Василиса Мельницкая

— Мне кажется, — сказала она, — что Еву опоили приворотным зельем. Тогда не было возможности это проверить, а сейчас уже поздно. Полагаю, Всеслав хотел жениться на Еве. Он утверждает, что отец ему не позволил. Накануне свадьбы Всеслава и Амалии Еву выставили из дворца. Она не вернулась ко мне. Исчезла. Я нашла ее с огромным трудом. И даже не я, а Тимофей…

Она замолчала, опустив голову. Я не торопила ее. Кажется, история Евы подошла к трагическому моменту.

— Так и не знаю толком, что тогда произошло, — вновь заговорила Алевтина Генриховна. — Только догадки из кусочков чужих слов, из обрывочных «воспоминаний», что хранят предметы. Ева носила ребенка под сердцем. Она спряталась или ее спрятали… или хотели спрятать, но не смогли… Логично предположить, что Всеслав нашел для нее убежище, дал денег, а его отец приказал убить беременную любовницу. Но я не уверена. Сейчас я ни в чем не уверена…

Я взяла баронессу за руку, погладила кисть по тыльной стороне ладони.

— Все в порядке, Яра. Все в порядке.

Однако руку баронесса не отняла.

— Алевтина Генриховна, я могу заставить его говорить. Хотите? Я не давала никаких клятв.

— У тебя есть дело поважнее, чем события сорокалетней давности, — ответила она.

Мне казалось, что все связано между собой, но вслух я этого не произнесла.

Алевтина Генриховна попросила о помощи Тимофея Ивановича, вместе им удалось разыскать Еву. Но они не успели, убийцы добрались до Евы раньше, она умирала.

— Это был ментальный удар. Ее мозг… Впрочем, ты, наверное, знаешь?

Я кивнула. Эсперы могут убивать даром.

— Тимофей предложил спасти ребенка. Сказал, что сердце можно запустить. Что оно будет работать, и тело будет жить, пока малыш не родится. И нам это удалось. Ева умерла, но оставила мне внука. Я же, опасаясь за его жизнь, отдала его в чужую семью.

— Как же император узнал о сыне? — не выдержала я, так как Алевтина Генриховна опять замолчала.

— Вскоре после свадьбы Всеслава его отец и мать погибли в Исподе. Просто не вернулись, пропали вместе с эсперами, что их сопровождали. Всеслав взошел на престол. Я усердно трудилась, добиваясь места Верховной Ведьмы. Хотела отомстить за дочь. У Верховной больше власти и возможностей. Годы шли, и… Я не простила убийц дочери, но поняла, что в мести нет смысла. Месть не вернет Еву, зато поставит под угрозу жизнь Сережи. У него обнаружился дар эспера. Когда ему исполнился двадцать один год, я совершила ошибку. Боюсь, что фатальную…

— Вы рассказали Сергею Львовичу о матери? — догадалась я. — И о том, кто его настоящий отец?

— Рассказала, — подтвердила Алевтина Генриховна. — И он стал одержим жаждой мести. Но Всеслав его переиграл. Голову задурил, да клятвой связал. Что бы не происходило во дворце… это моя вина. Муж завещал беречь дочь, я с этим не справилась. И внука подставила. Всеслав пользуется его силой и творит беззаконие.

— То есть, вы уверены, что преступник — император? — уточнила я. — Вы это знаете наверняка?

— А кто еще? — горько спросила Алевтина Генриховна. — Сережа подчиняется только ему.

Доказательств у нее нет. Жаль…

Я не стала говорить ей, что преступником может быть ее внук. Чисто теоретически. Во-первых, не хотела добивать и без того расстроенную старушку, а, во-вторых, я уже сама в это не верила.