Книга Дракон и Некромант. Мой выбор, страница 23 – Ирина Савицкая

— Укрепить восточную стену клином, как мы обсуждали, — сказал Кайден, указывая на линию обороны. — Оставить зазор между внешним и внутренним поясом. Если они придут с таранами, первый слой поглотит удар, второй распределит нагрузку. Водосток расширить до локтя, чтобы стоки не замерзали зимой. И еще: организовать три скрытых склада за пределами замка. Один — с зерном, второй — с солью, третий — с медикаментами. Если перекроют пути, мы продержимся не месяц, а три-четыре.

Инженер кивнул, делая пометки на полях, и, не задавая лишних вопросов, вышел. Кайден остался у карты, глядя на линии, которые сам же и начертил.

Вечером, когда за окном сгустились сумерки и в зале зажгли свечи, он сидел за столом, перечитывая черновик нового договора с Бароном, расчет смен для стражи и список имен тех, кто уже начал сомневаться в нейтралитете Ауриэля. Люди всегда сомневаются, когда давление становится ощутимым. Это не предательство — это страх. А со страхом он умел работать.

Закончив с бумагами, Кайден отодвинул их в сторону и закрыл глаза. В голове мелькнул образ Лиссандры — ее настороженный взгляд, шрамы на запястьях, то, как она прижималась к стене, когда кто-то входил. Она все еще ждала удара, даже здесь, в безопасности Ауриэля. Тело помнило холод и боль дольше, чем разум.

«Я не могу сделать так, чтобы она забыла, — подумал он. — Но я могу сделать так, чтобы у нее было время» .

Он открыл глаза, задул свечу и вышел в коридор. Дверь ее комнаты была приоткрыта, как он и оставил утром. Изнутри не доносилось ни звука.

Кайден постоял несколько секунд, прислушиваясь, потом тихо позвал стражника:

— Скажи Эльне, чтобы завтра добавила в завтрак меда. И принеси из погреба сушеных яблок — те, что слаще.

Стражник кивнул и ушел. Кайден остался в коридоре, глядя на полоску света под дверью. Он не вошел — не сейчас, не этой ночью. Она должна была сама решить, открывать ли дверь. Он уже сделал свой выбор. Теперь очередь была за ней.

Глава 10 Лиссандра. Утро привыкания

Утро в Ауриэле не объявляли колокола. Его задавал ритм нижних дворов — скрип колес по камню, короткие выкрики торговцев, сверяющих накладные, ровный стук молотков у кузни, тяжелые шаги стражи на смене. Лиссандра стояла у окна, положив ладони на холодный подоконник, и слушала, как пространство дышит без ее участия.

Она спала всю ночь очень беспокойно. Не смотря на это, проснулась она не хватаясь за горло, не проверяя, на месте ли обруч. Это казалось странным, почти подозрительным — будто мир сделал ей подарок, а она ждала, что вот-вот потребуют плату.

Солнце только начинало подниматься над скалами, и его лучи скользили по каменным плитам пола, высвечивая трещины, которые она еще не успела изучить.

Комната была простой, даже аскетичной: широкая кровать с тяжелым шерстяным одеялом, деревянный стол у стены, глиняный кувшин с водой, миска для умывания. Никаких ковров, никаких гобеленов, никаких лишних вещей, которые могли бы напоминать о роскоши. Кайден сказал, что это временно, пока не подберут что-то подходящее. Она не спорила. Ей нравилась пустота — в ней было легче дышать.

Она оделась в простую льняную рубаху, которую оставили на стуле накануне, набросила на плечи шерстяную накидку темно-зеленого цвета — почти такого же, как мох на северных скалах. Обулась в мягкие кожаные сапоги, подбитые теплой подкладкой. Она снова подумала о том, что кто-то снимал мерки, пока она спала, и снова почувствовала странную смесь благодарности и раздражения. Ей не нравилось, что за ней наблюдают, даже когда это делают из заботы.