Книга Цена предательства: Месть по нотам, страница 45 – Lana Rubi

Мой единственный за вечер вокально-танцевальный выход.

Наша безумная задумка выстрелила мгновенно. Друзья сработали как единый, безупречный организм теневых организаторов. Буквально за месяц «Призрачная Дева» превратилась в самое вожделенное, обсуждаемое и недосягаемое место во всем Валькуре. Ловушка была расставлена. Оставалось лишь ждать, когда в неё шагнет мой «благородный» супруг.

Морвен блестяще примерил на себя роль невероятно богатого, эксцентричного покровителя новой таинственной примы и, разумеется, стал главным спонсором этого грандиозного проекта. Он лично спроектировал роскошный интерьер клуба, со вкусом сочетая тяжелый черный бархат, золото и хрусталь. Но главным его шедевром, от которого у местной знати захватывало дух, стали магические спецэффекты. Во время моих выступлений зал заполнял густой, едва прозрачный туман с тонким, пьянящим ароматом редких полуночных цветов, а иллюзии Морвена заставляли стены клуба буквально растворяться в пространстве, унося завороженных зрителей то в монументальные залы призрачных замков, то под сень поющих древних деревьев.

Эн предсказуемо стала нашим «железным» менеджером. Облеченная в строгое темное платье, с неизменно вежливой, но ледяной улыбкой на лице, она лично вела все переговоры и скрупулезно составляла списки гостей. Пробиться через её глухой официоз было попросту невозможно: Эн безжалостно отшивала сомнительных визитеров, искусственно создавая вокруг заведения интригующую ауру элитарности. По настоянию Морвена мы сразу сделали цены на входные билеты и бронь лож баснословно, почти неприлично дорогими. И наш чудесный алхимик знал, что делает: чем недоступнее и дороже был плод, тем яростнее высший свет Валькура исходил на грязь, пытаясь вписать свои имена в заветную книгу гостей.

Борк же взял на себя самую опасную, ювелирную работу. Официально он числился моим личным телохранителем. Огромный, бесшумный, надежно прячущий свои колоссальные крылья под тяжелым суконным плащом, он одним своим грозным видом держал в узде обнаглевших от денег и безнаказанности доркалумских вельмож. Но неофициально Борк, точно невидимый призрак, беспрепятственно скользил под высокими сводами клуба и собирал тонны ценнейшего компромата. Пьяные откровения министров, тайные сделки контрабандистов, грязные супружеские измены генералов. Всё это бережно оседало в наших секретных архивах, готовое в нужный момент сокрушительным залпом выстрелить прямо в сердце Доркалума.

И, конечно же, центром этой порочной вселенной была я.

Моя задача казалась одновременно простой и монументальной: выходить на сцену «Призрачной Девы» всего раз в вечер, неизменно скрывая лицо за изящной полумаской.

Эта маска была не просто стильным прикрытием, а редким, искусно сработанным артефактом. Её гладкая поверхность обладала удивительным свойством мимикрии, чутко подстраиваясь под цвет любого платья. Но её главная тайна скрывалась в тончайшем внутреннем плетении.

Морвен вернул мне мой голос, исцелив тело, но именно эта маска служила его усилителем. В её основу была вплетена запретная магия сирен. Без неё мой голос был бы просто красивым. Но стоило застегнуть замок на затылке, как он преображался, обретая потустороннюю, гипнотическую глубину, и превращался в невидимое оружие, способное подчинить волю каждого, кто сидел в зале.