Книга Вечная погибель, страница 245 – Тигест Гирма

— Кидан… мне так жаль. – Джун стояла перед ней на коленях, с искаженным от боли лицом.

Сестра обняла ее. Грудь Кидан сжалась – в легких не осталось воздуха.

— Я потеряла его, – сказала она сестре, глядя в пустоту. – Я его потеряла.

В расплывчатых очертаниях кабинета Кидан уставилась на камин, теряясь в пламени. Через несколько минут их изгонят из этого дома, из Укслея.

Джун собирала ее вещи, потому что Кидан оцепенела.

Утратила надежду.

Она крепко сжимала серебряный пин Сузеньоса. Он оставил его на кровати. Она вспомнила, как он обещал всегда носить его. Что это знак его преданности Кидан, Дому Адане. Значок был еще теплым и пах Сузеньосом.

Кидан не запомнила, как в последний раз прошла по коридору или спустилась по крыльцу к каменной дорожке. Огромная толпа собралась посмотреть на их унижение у главных ворот. Глаза Кидан воспалились и болели, словно их натерли наждачной бумагой, и она знала: они покраснели от подавленного гнева и горя. Только рука Джун в ее руке не давала закричать или свалиться на месте.

Каждые несколько секунд Кидан сжимала ее ладонь, ожидая ответного сжатия.

Она никогда не забудет удовлетворения на лицах собравшихся. При виде публичного унижения в их зрачках вспыхнул болезненный блеск. Они вздернули носы – словно нашли источник гнилостного запаха и наконец извлекли его.

Люди, которым хотела помочь ее мать. Изменить дранактию, чтобы спасти их души. Она не понимала, насколько уже поздно.

— Наконец-то, – бросил ей мужчина из Дома Аджтафов. Зеленые глаза и светло-коричневая кожа.

Брат Тэмола.

Внутри Кидан вспыхнуло пламя ярости. Если она окажется достаточно быстра, то успеет нанести по самодовольной роже несколько ударов, раздавить костяшками нос.

Она остановилась.

— Кидан. – Джун сжала и потянула. – Нет. Пожалуйста.

Ее карие глаза казались расплавленными в заходящем солнце, безопасными. Кидан позволила утащить себя вперед, сосредоточившись на красной ленте сестры. Маковое поле.

Выйдя из главных ворот, Кидан оглянулась.

Декан Фэрис замерла в конце мощеной дороги, под фонарем в форме льва – неподвижная, как сова.

Рядом с ней стояла фигурка пониже, в огромной куртке. Слен Кварос смотрела на нее без эмоций. Кидан по-прежнему имела глупость ожидать чего-то другого. Она выбрала сторону.

«Я любила тебя», – подумала Кидан.

Золотые ворота начали закрываться, мечи в львиных пастях, скрестились и щелкнули.

Кидан смотрела на Слен сквозь сверкающие прутья. Она выбрала возможность стать ученицей декана вместо подруги. Скоро Дом Кваросов займет позицию в центре Укслея и обретет невероятную власть.

«Крысы-Кваросы воруют».

Тетя Силия предупреждала ее.

Кидан прикусила губу и отвернулась.

Через дорогу, под деревом, стоял парень в черных одеждах, с потемневшими глазами.

Кидан моргнула, пытаясь отделить реальность от сна. Рядом с ним неподвижно стоял гигант – Уорд.

Джун улыбнулась им и перешла дорогу. Кидан бросила прощальный взгляд на ворота Укслея и медленно направилась к ним. Джи Кей внимательно оглядел ее, словно знал, что ей пришлось пережить.

Она молчала, боясь его отпугнуть. Джи Кей… покинул камеру Нефрази.

— Ты была права, – сказал он, и под его ногами захрустели листья. – Мот зебейя защищают любую жизнь. А твоя в опасности.

Камень, давивший Кидан на грудь, немного ослаб. Она полезла в карман, достала костяную цепь и протянула Джи Кею. Едва он взял ее в руку, кости ответили и зашептались.