Книга Вечная погибель, страница 247 – Тигест Гирма

Кидан подняла брови.

— Где?

Розовые губы ее сестры изогнула улыбка.

— В доме цвета слоновой кости.

Кидан и Джи Кей стояли возле железной двери на тихой улице, дожидаясь, когда Джун выйдет из заброшенного белого дома. Кидан переминалась с ноги на ногу, пытаясь заглянуть в заколоченные окна.

Джи Кей смотрел на нее своим тихим взглядом – всегда молчаливым, но многозначительным.

— Ты не одобряешь, – сказала она.

— Да, не одобряю. Разрушение мечей уничтожит Второй Запрет – вампиры смогут свободно питаться кем угодно. Не только акторами. То, что ты планируешь сделать, навредит простым людям.

— А как же акторы в Укслее? Те, кому приходится убивать, чтобы делиться кровью? Ты сам бросил дранактию, потому что увидел, как это ужасно, – ответила она, готовясь к его разочарованию.

Джи Кей смотрел на нее темно-карими глазами – они по-прежнему были добрее, чем ее собственные, даже хотя его душа стала бессмертной.

— Не делай этого, Кидан.

Она подумала о родителях, о Юсефе, о своем обещании Сузеньосу.

«Я буду защищать тебя».

Радость, озарившая его лицо при одной мысли, что она считает его достойным защиты. И мертвый, бездушный взгляд, встретивший ее несколько часов назад.

Он был ее компаньоном, первым, кто протянул ей руку, когда она тонула, и, если ей придется разрушить мир, чтобы его спасти, она это сделает.

— Отпусти их и живи дальше, – тихо сказал Джи Кей. – Я могу помочь.

Она покачала головой.

— Я знаю, как это больно. Знаю, как мучительно. Поэтому мы, мот зебейи, учимся одиночеству. Горе способно уничтожить тебя, если ты позволишь. – Джи Кей заглянул ей прямо в душу. – Я могу научить тебя одиночеству.

Кидан отпрянула. Эти слова. Умиротворение, лишенное боли или потерь… Вот что привлекало ее в Джи Кее с первого дня знакомства – одиночество. Его принятие и найденное в нем утешение.

Слезы жгли глаза, касаясь запястья, где раньше был браслет с бабочкой.

— Я была одинока, Джи Кей. Пока не встретила всех вас. Я знаю, какой стану. Я не могу к этому вернуться.

Дверь открылась, и Джун жестом пригласила их внутрь.

Прочистив горло, Кидан шагнула вперед.

— Я вернула тебя из мертвых, Джи Кей. И обещала снова сделать тебя человеком. Я могу вернуть Юсефа. Йоса. Я могу вас защитить.

Его лицо было серьезно. Полно предостережения.

— Кроме того, – она попыталась улыбнуться, – ты сказал, я умру, когда мне исполнится двадцать один. Если у меня остался всего один год, я хочу вернуть все, что потеряла.

Не услышав ответа, Кидан расправила плечи и поднялась на крыльцо. Даже когда его цепь предостерегающе застучала, звук только придал ей сил. Новый путь полон смерти, но теперь она досконально знает темного повелителя.

Ее мот зебейя, Страж Смерти, молча последовал за ней.

Джун стояла между ними, чувствуя, как с обеих сторон одинаково бурлит ярость. Лицо Кидан стало грозным, почти неузнаваемым. Глаза Джи Кея покраснели, готовясь к удару.

Самсон, которого держал в цепях Уорд, зарычал.

Пожалуйста, пусть все получится.

— Я не буду с ним работать, – заявила Кидан. Потом подняла брови. – Погоди, ты его освободила?

Джун вздрогнула. И слегка кивнула, страдая от обиды на лице сестры.

— Я скорее вырву себе клыки, чем свяжусь с тобой, предательница-ведьма, – ответил Самсон.

Джун опустила плечи, но не теряла надежды.