Онлайн книга «Да, моя королева! Дилогия»
|
Наконец бокал опустел, а Лера бессильно откинулась назад, на подушки. — Ха Юль, не уходи, – почти прошептала она. — Нет, не уйду, госпожа моя! – заверила служаночка, ставя пустой бокал на столик. Лера слабо похлопала ладошкой по одеялу сбоку: — Присядь сюда… — Госпожа, не нужно! – запротестовала та, но Лера еще раз, более настойчиво постучала рукой. Ха Юль ничего не оставалось, как выполнить приказ. — Расскажи мне всё, – попросила Валерия. И Ха Юль принялась говорить. И про то, как ее барышне стало плохо от запаха ядовитых цветов, и она потеряла сознание, упав прямо посреди гостиной. И про то, как Юн Хо перенес ее на кровать, а одна из девушек побежала за лекарем. И как старик рассердился, увидев злополучные цветы. Грозно ругался на придворных дам, а потом заставил их унести цветы и коробку с украшениями. И что несколько раз приходил проведать ее наследный принц, и каждый раз был задумчив и только спрашивал Ха Юль, как себя чувствует его невеста. — Сколько… я была без сознания? – спросила Лера. — Так ведь уже третьи сутки пошли, госпожа… — О-о-о… Лера поморщилась: время утекало, как песок сквозь пальцы, им с Юн Хо надо было уезжать отсюда как можно скорее, а она валялась тут без сил и без сознания… Чертова любовница! И ладно бы ей, Лере, нужен был Чхонён!.. А то пострадала ни за что, ни про что… — А наложница? – поинтересовалась она. — О! – громким шепотом воскликнула девчонка. – Кажется, его величество очень сильно разгневался, потому что придворные дамы болтали, что сначала ее заперли во дворце, а потом, когда она во всем призналась, его величество приказал наказать ее бамбуковыми палками, а затем выслали в самое дальнее селение, лишив всех привилегий. Поговаривали, что вначале король вообще хотел отдать приказ казнить ее, но отец наложницы, «западный министр» Пак Ын целый день стоял на коленях на площади перед главным парадным дворцом «Кынчжончжон», надеясь вымолить прощение для своей дочери. Всезнающая дама Чон рассказала товаркам, что и его высочество попросил аудиенции у короля Тэджона и умолял его оставить в живых провинившуюся наложницу. — Вот глупая дурочка! – прикрыла глаза ладонью Лера. — Не дурочка, а змея подколодная! – поджала губы Ха Юль. – Ой, барышня! Вам же надо принять микстуру! Лекарь велел давать вам ее, даже когда вы были без чувств. Сказал, что это поможет быстрее выгнать яд из тела! Она метнулась к стене, у которой стоял еще один невысокий прямоугольный столик, взяла стоявший на нем пузырек темного стекла и, налив воды в бокал, аккуратно капнула в нее несколько капель темной, почти черной жидкости. Проследила, чтобы, больная выпила все до капли. Лера, опустив подбородок на грудь, принюхалась, поморщилась: — Я вспотела, пока спала! — Да, госпожа! Это так болезнь из вас выходила. Но мы с девушками обтирали вас влажной губкой. Мы ухаживали за вами! — Спасибо, Ха Юль! — Барышня, а вы хотите есть? Можно позвать придворных дам, они принесут вам куриного бульона… Лера усмехнулась: во всех мирах, видно, больных отпаивали питательным бульоном для восстановления сил. Тем временем за дверью послышался шорох, и голос дамы Чон произнес: — Ха Юль! Как госпожа? — Войдите, девушки! – повысила голос Лера, и двери, распахнувшись, впустили внутрь стайку одетых в дворцовую форму придворных дам. Чон шагала впереди всех. Подойдя к постели Леры, она склонилась и воскликнула: |