Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 268 – Татьяна Ткачук

Однако девушки припомнили, что наложница несколько раз повторила, что цветы нужно держать в спальне, якобы они приносят спокойный и крепкий сон. Ну, еще бы! – с яростью подумал ватажник. Крепкий сон его девочке был бы обеспечен! Просто-таки мертвецкий! На что рассчитывала завистливая девица?! Хотела по-тихому устранить соперницу?! Но, насколько Юн Хо понимал, стать женой наследника ей все равно не светило – недостаточно было древности рода.

Но если принц спустит ядовитой змее это с рук – Юн Хо этого так не оставит. Он постарается как можно скорее увезти свою девочку из этого змеиного гнезда, а перед отъездом посчитается с гадиной, замыслившей дурное против его любви.

Однако ему не пришлось марать свои руки. Когда вина любовницы была доказана, ее по приказу короля Тэджона подвергли наказанию – десять ударов бамбуковыми палками – а затем отправили в ссылку в какое-то дальнее селение. И мнения принца в этот раз никто не спрашивал. Хотя Юн Хо подозревал, что вряд ли Чхонён обрадовался такому положению дел. Если он, и впрямь, что-то чувствовал к этой интриганке, то должен был расстроиться. Парни в казарме говорили, что король был в гневе на сына, вообще допустившего подобное. И ватажник был согласен с правителем: нужно уметь вовремя разобраться со своими женщинами. Хотя… о том, чтобы его нежная голубка не стала «женщиной принца», Юн Хо позаботится в ближайшее время. Только бы малышка скорее поправилась!

Со Хён пришла в себя только на третий день. Несколько раз к ней приходил королевский лекарь, да и наследничек пару раз заглядывал. Но Юн Хо к тому времени опять сменился с поста, хотя душа его рвалась обратно, к порогу любимой. Увы! Он не мог выдать себя ни перед кем, а потому, крепко сжав зубы, шагал вслед за капитаном, ставившим караульных у «дворца невесты».

Лера

Она открыла глаза и удивилась: все тело объяла странная слабость, так что не было сил пошевелить ни рукой, ни ногой. У нее ничего не болело, но, казалось, вся жизненная энергия иссякла, оставив только звенящую пустоту в голове и слабость.

Валерия чуть-чуть приоткрыла веки, скользнув зрачками по комнате – она лежала в спальне на кровати, укрытая обшитым шелком одеялом. Обстановка была ей знакома. Но почему она в постели, если в комнате светло. Наверняка сейчас стоит день.

Девушка открыла глаза полностью и перевела взгляд дальше вбок: и тотчас же увидела прислонившуюся к стене Ха Юль. Лицо девушки выглядело утомленным, под глазами залегли темные тени. Она сидела прямо на полу, точно ждала, когда же госпожа ее придет в себя.

Лера почувствовала, что во рту у нее сухо, как в раскаленной пустыне, и позвала:

— Ха Юль…

Голос звучал хрипло, словно воронье карканье, а произнесенное вслух имя как будто оцарапало горло, словно это были не слова, а колючий цветок чертополоха.

Но служаночка услышала. Она резко вскинула вверх подбородок, а потом тут же вскочила на ноги и приблизилась к кровати:

— Барышня… Хвала небесам – вы пришли в себя!

Она поправила одеяло и улыбнулась.

— Я… долго спала? – спросила все так же хрипло Валерия, и девушка спохватилась:

— Ох, подождите, барышня Со Хён! Я вам водички налью! Вот, попейте! – минуту спустя вернулась она с небольшим бокалом, полным воды. Поставив его на маленький столик сбоку кровати, помогла Лере приподняться и тут же положила ей под спину несколько подушек, придавая телу относительно вертикальное положение. Затем поднесла к губам хозяйки бокал, и Лера припала к фарфоровому краю, жадно глотая живительную жидкость.