Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 267 – Татьяна Ткачук

Под покровом ночи ему опять удалось выскользнуть из казармы, переодевшись в любимую, незаметную в темноте черную одежду. Его умненькая девочка на этот раз приглашающе оставила приоткрытым окно своей опочивальни, и он привычным уже движением взобрался внутрь.

Малышка спала, но, видимо, очень чутко, потому что проснулась и сонным голосом спросила:

— Кто здесь?

И он, сам от себя не ожидая, бросил:

— Принцесса ждет кого-то еще?

Слово за слово – они почти поссорились! Но Со Хён снова удивила его. Юн Хо в который уже раз убедился, что она гораздо рассудительнее и мудрее своего возраста – как будто в теле юной девчонки жил кто-то еще. Кто-то, гораздо старше и опытнее.

Ватажник, страшно ревновавший девушку к принцу, обвинил ее в любезничанье с наследным принцем, но его голубка в пух и прах разбила все его доводы, лишь прикоснувшись к нему своим нежным мягким телом и привстав на носочки с намерением поцеловать его.

Юн Хо слишком соскучился по ее прелестям и сорвался, не в силах сдерживаться. И снова взял ее – шутка ли, в опочивальне дворца невесты! Но и девочка тоже отвечала ему со всей страстью и жаром разбуженного для любовных утех тела!

Он ускользнул тем же путем, как тать в ночи, и, прокравшись в казарму, долго еще вспоминал, лежа на своем спальном месте, сладкие губы Со Хён, ее нежное тело, ее стоны, звучавшие до сих пор в его ушах, как самая прекрасная музыка!

А наутро случился этот кошмар. Девочке стало плохо! И он, внешне невозмутимо-спокойный, там, внутри, под этой каменной маской, метался и выл от отчаяния, не в силах помочь девушке и почти умирая от этой беспросветности. А потом, после ухода королевского лекаря, когда одна из придворных девушек вышла на террасу, направляясь куда-то, напарник ватажника, Чин Гу, неплохой вроде парень, спросил у спешившей девушки:

— Что с ее высочеством?

— Ядовитые цветы, – коротко ответила та и добавила. – Только не вздумайте болтать об этом хоть где-то, если не хотите неприятностей на свои головы!

По очереди обвела обоих мужчин суровым взглядом и убежала куда-то по одной из дорожек, пересекавших все пространство дворцовой территории.

Стражники проводили ее одинаковыми взглядами, молча переглянулись и снова застыли с ножнами на перевязи.

Но этим дело не кончилось. Около часа спустя у дворца показался женишок. Лицо его было невозмутимо. За ним, отставая на пару шагов, шагал тот же евнух, что провожал девушку, и несколько придворных дам. Ну, и, конечно, воины из личной охраны принца.

Чхонён прошел мимо охраны, не глядя на парней, и вместе с евнухом скрылся за входными дверями.

Служанки остались стоять на дорожке, ожидая своего господина.

Принц был внутри довольно долго. Внутри Юн Хо снова начала закипать ярость. Но вот наследник престола вышел, хмурясь – видимо, его не успокоил визит к невесте.

Непонятно, что выяснил для себя Чхонён, но только на следующий день стало известно, что в бессознательном состоянии невесты принца повинна его же наложница, преподнесшая девушке цветы, длительное вдыхание аромата которых действовало на организм человека, как сильнейший яд, и могло привести к смерти.

На следующий день во дворец пришли королевские дознаватели, допросившие всех придворных дам и личную служанку Со Хён.

Неизвестно, что за мысли роились в голове тупой курицы, что она решилась на это при свидетелях. Хотя придворные служанки его голубки болтали между собой тревожным шепотом, что змея клялась и божилась, что не подозревала о вредном воздействии цветов. Они якобы всегда росли на клумбах около ее ханока и никому никакого вреда не причиняли. Поэтому-де наложница из дружеского расположения к Со Хён преподнесла ей букет.