Книга Люди и Демиурги, страница 362 – Алексей Фирсов

Его привязали, стянув руки назад к камню угловому под хижиной.

Сидеть в луже холодной воды голым задом– хреново. . . На каждой вдох болят бока и живот. . .

К орденцу подошел еще один. Капюшон надвинут на глаза.

— Она была здесь, и он спал с нею.

— Где демоница?

Бородатый присел на корточки, заглянул Нику в лицо.

— Скажи и умрешь быстро.

— Чтоб вы сдохли, б. . . !  Е. . . . вас. . . .

Ника ударили в челюсть, так что лязгнули зубы и рот наполнился кровью.

— Он тоже колдун. . . На стену его!

Набежали, отвязали и поволокли. . .

Ник плевался кровью и ругался шепотом через разбитые губы.

Его прижали спиной к бревенчатой стене, растянули руки.

Бородатый сжал ручищей подбородок Ника, заглянул в глаза.

— Сейчас мы вобъем тебе в руки и ноги, освященные серебряные гвозди. Потом я разрежу тебе брюхо и буду вытягивать кишки и кромсать мелкими кусочками. Когда они кончаться, я займусь твоими яйцами, а потом, на закуску-печенкой. Демоница услышит твои крики и придет сюда, но тебе это уже не поможет.

Говори-где она и я ударю в сердце вот этим кинжалом. Быстрая, легкая смерть. Какую выбираешь?

В ответ Ник набрал слюны с кровью и плюнул прямо ненавистную бородатую морду.

Его опять взялись бить ногами. Он сжался в клубок, прикрывая низ живота руками.

«Забьют до смерти, сволочи. . . »– пронеслась сквозь боль вялая мысль.

Треск и грохот падающего дерева принесли избавление. Короткий вопль рядом, топот, удар о землю.

Ник с трудом поднялся на ноги.

Из-под упавшей сосны торчали чьи-то ноги в сапогах с подковками. Каблуки слабо скребли землю, сдирая мох.

— Вот она!  Вот!

— Стреляй!

— Живьем брать! – заревел медведем бородатый-Живьем!

Ник оперся о дерево дрожащими руками, поднялся на ноги.

Его тут же сзади схватили за шею.

— Куда собрался, демон?

Ник ответил матом, в три этажа, помянув противоестественные привычки отца и матери орденца.

Человека скрючило как от удара под дых. Ник выдернул у него из ножен на поясе кинжал и ткнул под подбородок с размаху.

Потом перелез через упавшее дерево, подобрал меч, что валялся рядом с задавленным орденцем и затрусил по долине туда, где вопила погоня и трещало дерево.

Он не успел. . .

У камня, рядом с прудом, в котором они любили купаться и дарить друг другу любовь взлетали мечи.

Орденцы кромсали Гюльнар, рубили еще живое, но уже не сопротивляющееся тело. Перепрыгнув через два трупа, Ник налетел на убийц. С криком вогнал меч в спину ближайшего. Кольчуга не выдержала напора.

Человек выгнулся и закричал.

Меч вырвало из рук.

Убийцы обернулись. Морды перекошены. . . балахоны в брызгах крови. . . ее крови.

У их ног Ник увидел белое запрокинутое лицо Гюльнар.

В глазах потемнело. Сердце замерло и перестало биться. Мир застыл и почернел. . . От крика рвануло острой болью горло.

Орденцы двинулись к нему, занося окровавленные мечи.

Земля на склоне зашевелилась, как живая. Корни деревьев черными змеями взметнулись вверх, пробивая человеческие тела насквозь, дробя кости и сворачивая с хрустом шеи. . .

Ник, не обращая внимание на еще дергающиеся в агонии тела, качаясь, дошел до камней. Опустился на колени, приподнял голову девушки.

Только лицо и голова избежали ударов. . . По всему телу рваные, сеченые раны. . .

— Гюльнар. . .

Ресницы дрогнули.

— Отнеси. . . меня. . . к рябине. . . – шепнули посиневшие губы.