Книга Олигарх в беде, или Курам на смех, страница 16 – Наталья Кошка

На кухне меня ждала яичница. На большой тарелке, с помидорами и зеленью. Желтки — яркие, оранжевые, как маленькие солнца. Голодно сглотнул. Налетел на яйца, даже корочки не оставил. Надя сидела напротив, попивая чай и смотрела в окно. Молча.

Пока жевал, все косился на нее. В платье она была… другой. Не суровой фермершей в фартуке, а просто женщиной. Красивой, между прочим. Если бы не эта ее командная жилка и розовые шлепанцы, может…

Встряхнул головой. Откуда эти фантазии?

— Надя, — начал осторожно, отодвигая тарелку. — Нам же сегодня за одеждой? Ты обещала.

Она повернула лицо ко мне, спокойная, неторопливая. Взяла чайник, подлила мне в кружку — под самый краешек.

— Доедай и поедем, — кивнула. — У меня тоже дела есть в городе.

Я еле сдержал улыбку.

Да! Сегодня! Вырвусь из этого курятника, сяду в машину и — все, прости-прощай. В городе поймаю такси и сразу домой. И забуду эту чертову деревню как страшный сон.

Сделал безразличное лицо и кивнул:

— Хорошо. Я готов.

Надя посмотрела на меня долгим взглядом. Прищурилась, будто читала мысли и коротко улыбнулась.

— Только уговор: ты ведешь себя тихо, без фокусов. Иначе — обратно пешком, и шлепанцы оставлю тебе на память.

— Конечно, — согласился сразу. Внутри же все кричало: «Едуууу! Сейчас!»

Но виду не подал.

Надя встала, поправила платье, достала ключи от машины. Все это время они лежали на видном месте, вместе с вилками и ложками в ящике. Вот же я идиот!

— Тогда поехали. Только за руль не просись — я сама поведу.

Пожал плечами. Да хоть на крыше — лишь бы подальше отсюда.

Мы вышли во двор. Надя выгнала старенькую «Ниву» из одного из сараев, оказавшихся гаражом. Я нетерпеливо прыгнул на пассажирское сиденье, кое-как втиснув ноги в резиновых тапках. Мотор чихнул раз-другой и завелся.

Мы поехали.

Я смотрел в окно на убегающие поля, и улыбка все-таки выползла на лицо. Прощай, курятник. Прощай, навоз. Здравствуй, свобода!

Город, я еду.

А Надя, не поворачивая головы, хмыкнула и прибавила газу.

* * *

Первые полчаса дороги я млел. Смотрел в окно на поля, перелески, покосившиеся столбы. В голове крутился план: как только окажусь в городе, попрошусь в туалет — и до свиданьица. Найму такси на первом же перекрестке. Денег нет, но расплачусь по прибытию на место. В крайнем случае пробегусь до остановки общественного транспорта. Короче, как-нибудь выкручусь.

Надя вела молча, только иногда поглядывала на меня с непонятным выражением. Я усиленно делал вид, что любуюсь местными унылыми пейзажами.

Но потом вдруг асфальт кончился. Начались какие-то ухабы, потом — щебёнка. А после нее и вовсе грунтовка.

— Мы куда едем? — спросил, вцепившись в приборную панель, когда «Нива» резко свернула на дорогу, по которой нормальные люди не ездят даже на танке.

— В город, — коротко ответила Надя. — Не нервничай.

— А далеко ещё? Дорога убитая.

— Уже близко.

И правда, через десять минут вдалеке показались крыши. Я напрягся, вглядываясь. Нет, ну не может быть. Где небоскребы? Где эстакады? Где хотя бы светофоры?

Мы въехали в населенный пункт и у меня отвисла челюсть.

Это было нечто. Одна улица, вернее, две, пересекающиеся под прямым углом. Дома — одно- и двухэтажные, с палисадниками. Вдоль дороги несколько чахлых тополей. И все. Ни тебе пробок, ни суеты, ни рекламных щитов.