Онлайн книга «Вождь орков. Уплата долга»
|
— Но я сейчас… меня сейчас вырвет прямо здесь, — я прикладываю руку ко рту, делая вид, что меня тошнит. — Тут пахнет помоями. Мне нужно на воздух! Редкие седые брови шевелятся. Осмысливает? Давай же! Гортанный кашель вырывается из моей груди. Он же сподвигает орчиху принять решение. — Быстро,— бурчит она. — И недалеко. Я выскакиваю из палатки, делая вид, что меня вот-вот вывернет и прячусь от металлических сапог орков в кустах. Сердце колотится, маршируя в висках. — Шш, — прикусываю губу, чтобы никто не услышал болезненный стон. Куст оказался не только лысым, но и колючим! Ветки царапают ноги, режут кожу на щеках, но хотя бы не лезут в глаза. Терпимо, но долго я отсиживаться не собираюсь. Когда мимо куста со скрипом и орочьими криками проползает повозка с вооружением, я не выдумываю ничего мудрее, чем запрыгнуть в неё и прикрыть голову выданным в лагере плащом. Руки трясутся. Что мне сказать, если заметят? Накричать и заткнуть? Потребовать отвезти меня домой? Сыграть на близости с Ошнаром и кровной связи? Со спутанными мыслями, я даже не сразу замечаю, как повозка останавливается, а перекличка орков прекращается. Чудовища затихают на мгновение. Увидели? Поняли, что я здесь?! Но никто не срывает с лица маску, никто не оскорбляет меня и не смеётся. Так почему они застыли? Стоит дрожащими пальцами отогнуть кусок ткани, как сердце замирает. Городские стены возникли из предрассветного тумана мрачным и неприступным силуэтом. Ворота заперты, на стенах удвоенная стража, будто бы готовая к орочьему нападению. Лорд Виктор говорил, что у нас совсем не осталось бойцов, но почему я вижу столько стражи? Да ещё и после нескольких битв у лагеря Ошнара? Откуда взялись люди? Или он заставляет больных нести службу? — Орудие... — раздаётся низкий голос за пределами повозки. Нет. Они же сейчас обнаружат меня! Нужно выбираться быстрее и пробраться в город... на площадь! Я обязана объявить своим людям, что принцесса вернулась и готова положить конец своеволию Виктора! Но ноги будто окаменели. Мне страшно. Слишком страшно выскакивать и бежать к воротам. Меня же... убьют? — Это шо за мешок с дерьмом? — хриплый шепот над головой заставляет задрожать сильнее. Мгновение, и моё скрюченное меж оружиями тело уже освещает дневное солнце. — Баба? Ты шо тут потеряла? — Я... — слова забываются. Серая морда орка кривится от удивления, затем от злости, а сейчас становится красной и яростной. — Украсть хочешь?! Воровать наше?! — Эй, идиот, разорался чего? Палку смерти готовь, пока людишки не прочухали! — Да тут баба! — Баба? Тяжесть из ног испаряется. Они становятся невесомыми, как перо гиппогрифа, и так же легко оказываются на твёрдой земле в один прыжок. — Куда, баба? Но не тут-то было. — Пусти! — из уст вылетает жалкий писк. Руку прожигает болью. — Не трогай меня! — Людишка. Разведчица! — Эй, идиот, это же баба Ошнара! — А? — Веди её к вождю, дуболом дерьмоухий! Ошнар бабу потерял! Тварь перехватывает за руку сильнее, будто бы у меня был хотя бы один призрачный шанс на побег. Как же больно! — Да отпусти же ты меня! — Молчи, баба! Серомордый озирается и вдруг ухмыляется, отведя меня от повозки и собравшихся вокруг неё орочьих бойцов. Он тащит к лесу, а не в переднюю часть войска. |