Книга Кровавые деньги, страница 68 – Фергюс Хьюм

Слушая этот удивительный рассказ, леди Агнес, не сводя глаз с Сильвера, в изумлении сцепила руки и опустилась на ближайшую кушетку. Она едва могла поверить своим ушам.

— Это правда? – спросила она дрожащим голосом.

Сильвер снова пожал плечами.

— Письмо, которое сейчас у Халдеи, – это очевидная ловушка, в какую и попал сэр Хьюберт. Не знай человек в кустах о письме, он вряд ли прятался бы там с револьвером. Это письмо – не выдумка, Халдея показала его мне, когда я стал спрашивать об убийстве в надежде получить вознаграждение. Все остальное – уже теория.

— Но кто же стрелял? – внезапно спросила леди Агнес.

— Не знаю.

— Кто написал письмо?

Сильвер чуть поерзал.

— Халдея влюблена в Ламберта, – нерешительно произнес он.

— Продолжайте, – холодно велела вдова, не теряя самообладания.

— Она ревнует к вам, леди Агнес, потому что…

— Можете не объяснять, – сквозь зубы процедила она.

— Короче, Халдея вас ненавидит и говорит, что письмо написали вы.

— Замечательно. – Леди Агнес произнесла это слово спокойно, хотя едва не задохнулась от поднявшейся в душе бури. – Значит, эта цыганка объявляет меня убийцей.

— Ну, этого я не говорил.

— А я говорю! – вскричала леди Агнес и в гневе поднялась с кушетки. – Если я написала письмо и расставила ловушку, значит, мне известно, что кто-то прятался в кустах, чтобы застрелить моего мужа. Это гнусная ложь от начала до конца.

— Я рад это слышать. Но как быть с письмом?

— С письмом разберется полиция.

— Полиция? Вы хотите, чтобы Халдея отдала письмо полиции?

— Я невиновна и полиции не боюсь. Ваша попытка шантажировать меня провалилась, господин Сильвер.

— Проявите благоразумие и подумайте, – призвал он, направляясь к двери. – Я видел это письмо, и оно написано вашим почерком.

— Ничего подобного я не писала.

— Тогда кто его написал – вашим почерком?

— Возможно, вы сами, господин Сильвер, раз пытаетесь столь нагло меня шантажировать.

Сильвер оскалил зубы и бросил на нее злобный взгляд.

— И в мыслях не было, – возразил он горячо и, кажется, вполне честно. – Сэру Хьюберту я мог желать только здоровья, потому что от него зависели мой доход и мое положение. Но вы…

— Что я? – спросила леди Агнес и шагнула вперед так резко, что Сильвер отступил ближе к двери.

— Люди говорят…

— Я знаю, что говорят люди и что вы готовы повторить, – сказала она сдавленным голосом. – Скажите вашей цыганке, пусть отнесет эту подделку в полицию. Я готова к любому расследованию.

— Господин Ламберт тоже готов?

— Господин Ламберт?

Агнес едва не задохнулась.

— В ту ночь он был в своей хижине.

— Вовсе нет, он уехал в Лондон.

— Халдея может доказать, что он был в своей хижине, и…

— Вам лучше уйти, – сказала леди Агнес, побледнев и приняв угрожающий вид. – Уходите, пока не наговорили лишнего, о чем потом пожалеете. Я перескажу Ламберту вашу историю, пусть он этим займется.

Сильвер сбросил маску, взбешенный ее смелостью.

— Даю вам неделю, – резко сказал он. – Не заплатите мне двадцать пять тысяч фунтов – это письмо отправится к инспектору в Уонбери.

— Отправляйте хоть сейчас, – бесстрашно заявила она.

— В таком случае вас с Ламбертом тут же арестуют.

Агнес схватила Сильвера за руку, когда он уже собирался переступить порог, – в ней вдруг проснулся здравый смысл.