Книга Бездна с мягкими стенами, страница 117 – Анна и Сергей Литвиновы

— Почему именно на них? – вмешалась Инга. – Разве не может какая-то ушлая провинциалка своего богатого мужа объявить психом?

Кречет улыбнулся:

— Как-то исторически сложилось: мужчины это оружие используют чаще. Вспомним фильм «Газовый свет» хотя бы. Когда женщины злы на мужчин, они обвиняют их в бессердечности. Когда мужчины злы на женщин, они объявляют их сумасшедшими.

— Это кто сказал? – заинтересовался хозяин дома.

— «Нью-Йорк таймс».

— Настоящий знаток, – похвалил Макс.

Кречет кивнул:

— Да, в тему я погрузился с головой. Тоже, наверно, психическое отклонение. Но после смерти Юли для меня жизнь всякий смысл потеряла. Сначала вслед за ней хотел. Удержался, счел слабоволием. Но к прежнему modus vivendi^[26] не вернулся. Отклонил все предложения по работе, убрал свой красный диплом в шкаф, все деньги, что к свадьбе успел накопить, потратил на мотоцикл и устроился курьером. Пытался сам как-то подобраться к клоаке – но только и смог досье подозрительных случаев собрать. Из открытых источников. А потом мы познакомились с Максом. Случайно.

Инга в этот момент перевела взгляд на хозяина дома и увидела: в его лице что-то неуловимо изменилось.

Подозрительных историй болезни из клиники имени Баженова у Кречета набралось больше десяти. Но как доказать свою гипотезу, он по-прежнему не знал. После признания пациентов недееспособными их быстро переводили – иных в дорогие частные пансионаты, а кого и в государственные богадельни. Как туда попадать? Как вступать в контакт с пациентами? И даже если с ними пообщаться – кто будет слушать обвинения людей, официально признанных сумасшедшими?

Но в начале июня сложилась почти уникальная ситуация: в Баженовке одновременно находились три вероятные жертвы. Одну из них уже лишили гражданских прав, две другие находились на стадии судебно-психиатрической экспертизы по постановлению суда. И тогда Кречет решил: ему надо самому попасть в эту клинику. Попробовать поговорить с несчастными женщинами. Постараться взять у них кровь на анализ. И возможно, схватить организатора преступной схемы за руку.

На свой страх и риск действовать не стал. Обсудил с Максом. Думал, тот станет отговаривать, но капитан неожиданно поддержал. Посоветовал схему: устроиться в больницу санитаром. А частный детектив Андрей и сотрудник управления «К» Слава помогли сделать документы.

Так он стал Анатолием Птицыным. Студентом-старшекурсником второго меда. Их охотно берут в качестве младшего медицинского персонала. В женское отделение, правда, попасть не удалось – взяли в мужское. Но Кречет полагал: главное – внутрь больницы попасть. А дальше он сможет и с пациентками познакомиться, и с нужными людьми из персонала отношения завязать. У обычного санитара, понятное дело, нет доступа к медицинским картам, назначениям врачей и записям на диагностические исследования. Однако у Кречета имелись собственные возможности. И он буквально на ходу придумал шикарный план.

Кречет виновато взглянул на Ингу:

— Помнишь, как мы первый раз встретились? У кабинета ЭЭГ? Это не случайно получилось. Мне дали поручение: отвести туда Филиппа. – Для остальных уточнил: – Парнишку из моего отделения. В пятницу, к двум. В карте пациентки из женского – Маргариты Махаевой – имелось назначение туда же. Только на понедельник. Три дня спустя. И тогда я сымпровизировал. Перенес ее запись – на пятницу. Чтобы увидеть Маргариту своими глазами и понять, в каком она состоянии.