Книга Энигма, страница 144 – РуНикс

Она чувствовала его, этот напряженный, неистовый взгляд, которым он смотрел на нее; чувствовала его прямо в животе, который сжался от напряжения; прямо в груди, которую сжали незримые тиски; в самой глубине сущности, трепещущей от воспоминаний о нем. Но больше всего она ощущала Каза в своем сознании: энергия его взгляда передавалась ей, воспламеняя нейроны в мозгу, перестраивая рецепторы, чтобы не допустить сенсорной перегрузки, посылая разряд по позвоночнику и рассеивая его по всему телу.

Салем вздрогнула тем восхитительным образом, который она привыкла узнавать и ассоциировать с ним, и глаза Каза загорелись ярче, поскольку он тоже заметил ее реакцию.

— Привет, – произнес он голосом, похожим на грохот прибоя и хриплым, как дым, тем самым, что уже успел выжечь грехи на ее коже и воспламенить плоть, и Салем почувствовала, как из груди вырвалось ответное «Привет».

Мужчина за стойкой прочистил горло, и Салем тут же осознала, что он внимательно за ними наблюдает. Лицо Салем покрылось легким румянцем.

— Эта? – уточнил Каз, глядя на коробку на стойке.

Салем кивнула и с благоговением и признательностью наблюдала, как Каз поднимает посылку, словно она ничего не весит, хотя та была тяжелой; как под его курткой напрягаются бицепсы и плечи, подобно тому, как они выпирали, когда он поднимал саму Салем или силой удерживал ее в неподвижном положении.

Тело охватил всплеск женского желания, устремившись к пульсирующему местечку между ног. Рядом с Казом это становилось постоянной проблемой. С тех пор как он овладел ею той ночью в лесу, с тех пор как Салем почувствовала его силу, его тяжесть внутри себя, тело немедля готовилось к новому вторжению, как только Каз оказывался поблизости. Хотя, если честно, все началось задолго до той ночи.

Каз вышел за дверь, и Салем последовала за ним. Холодный ветер ударил в лицо, и она плотнее закуталась в пальто, разглядывая Каза, пока он стремительно шагал к соседнему зданию.

Библиотекарь кивнула им и вернулась к чтению эротического романа. Салем уже давно знала о ее пристрастии к подобным книгам, и, глядя на изображенного на обложке парня с длинными темными волосами и блестящими грудными мышцами в обнимку с пышногрудой красоткой, едва умещающейся в своем платье, не могла ее винить.

Салем последовала за Казом в дальнюю секцию библиотеки, где находилась дверь, ведущая в его студию, дверь, возле которой Салем запаниковала, а он подошел к ней сзади, и они впервые оказались в такой близости друг от друга.

Сердце заколотилось сильнее, руки охватила дрожь, когда дверь распахнулась и перед Салем вновь предстало узкое пространство, крошечный проем, ведущий вниз по лестнице. Каз остановился, повернулся и посмотрел на Салем проницательным взглядом.

— Оставайся здесь, – приказал он, и она с радостью подчинилась, замерев прямо за дверью, держа ее открытой одной рукой, а другой придерживая сумку.

Она наблюдала, как Каз бегом спускается по лестнице с коробкой, исчезает из виду, снизу раздается стук, когда он бросает коробку, а затем снова поднимается.

Салем не сводила с парня глаз, пока Каз размашисто приближался к ней. Он обвил ее талию рукой и втащил внутрь, закрыв дверь. Замок щелкнул за спиной, вновь заперев Салем между каменными стенами и Казом, отчего дыхание застыло в легких, а взгляд заметался по сторонам.