Книга Рассказы, страница 658 – Тим Каррэн

Она сглотнула: термитов собралось ещё больше. Сотни теснились вокруг, заполняя сарай. От такого количества насекомых по коже ползли мурашки, но одновременно Луанну восхищали их сообщество, их сплочённость.

— Так вот, похоже, вы меня починили. Не знаю как. Не знаю, зачем вообще стали возиться. Но вот она я. Больше мне сказать нечего.

Насекомые загудели низко и протяжно, словно обсуждали, что делать дальше. Пока Луанна ждала, они придвигались всё ближе — не угрожающе, а так, будто им необходимо было коснуться живого божества среди них.

Никогда прежде она не чувствовала такой любви.

Что бы термиты ни сделали с ней, восстанавливая её тело, после этого обоняние Луанны стало необычайно острым. Это было удивительно. Конечно, она чуяла затхлую сырость сарая, но ещё явственнее — буйную полноту всего, что росло снаружи: распускающиеся цветы, струящийся сладкий сок. Мерзкую вонь собаки-падальщика в нескольких улицах отсюда. Непогребённые трупы вдали. Она могла ловить запахи во всех направлениях, словно ищейка.

И чувствовала их.

У колонии был особенный запах — не сладкий и не кислый, не едкий и не пресный, а слабый, маслянистый, химический. Формальдегид, подумала она. Едва заметный, но явный. Немного напоминал солёные огурцы или рассол, в котором их маринуют.

Поэтому, когда за ней пришёл один из головорезов Тайфо — а Луанна знала, что кто-нибудь обязательно придёт, — она учуяла его заранее. По вони гормонов и железистых выделений поняла, что это Ти-Бинг: громадная обезьяна, регулярно избивавшая людей по приказу хозяина. Ещё один бешеный пёс.

Она чувствовала запах его ненависти.

Но чуяла и другое. Она ощущала его страх: под всей этой горой чёрной плоти и ядовитой бравадой прятался перепуганный мальчишка, который всю жизнь запугивал других размером и силой. Так он скрывал бесчисленные комплексы. Потому что глубоко внутри был слабым и дрожащим.

Он вышиб дверь сарая ногой. Всё строение задрожало, как иногда дрожало от ветра. Ти-Бинг заслонил собой весь проём.

— Так и знал, что ты тут, — сказал он. — Чуял. Тайфо говорит: пойди найди ту страшную бычару-лесбуху. Посмотри, живая ли ещё. Если живая — выруби ей свет, Ти-Бинг, убери сучку как следует. Не хочу, чтобы эта здоровая тупая лесба смердела на моих улицах.

Луанна кивнула.

— И что ты ему ответил?

— Сказал: считай, сделано. Как пить дать.

Он шагнул вперёд, сжимая в огромном кулаке никелированный девятимиллиметровый пистолет. Луанна сразу учуяла в нём две вещи: сомнение и покорность. Убивать её он не хотел. Не по-настоящему. Но убьёт, потому что так приказал хозяин.

— Ничего личного, сучка.

Он поднял пистолет, но тут же опустил, услышав странный высокий гул.

— Что это, к чёрту, было? — спросил он, и страх пополз в него, как черви в протухшее мясо. — Ты слышала?

Она слышала. Звук становился громче. Настолько громким, что обездвижил Ти-Бинга, словно направленное звуковое оружие. Он вскрикнул и выронил пистолет. Издал сдавленный вопль, рухнул на одно колено и обмочился.

Тут один из термитов-солдат спрыгнул ему на голову. Другой вцепился в затылок. Ещё трое полезли по ногам. Они выпрыгивали из отверстий с отлаженной точностью. На колонию напал чужак, и они точно знали, как с ним поступить.

Ти-Бинг кричал и бился, а страх в нём разросся до такой степени, что почти свёл его с ума. Пока он сопротивлялся и выл, жала солдат снова и снова вонзались в него с быстротой игл швейной машинки. Они словно прострочили его, превратив в парализованную, обмякшую груду плоти. Теперь он мог лишь лежать, пуская слюни, с широко раскрытыми, белыми от ужаса глазами.