Книга Аноним, страница 54 – Урсула Познански, Арно Штробель

И я тоже смотрю, не в силах вмешаться, потому что обязана. Будто это моё проклятое вечное предназначение.

Даниэль по-прежнему стоит за спиной. Когда звонит телефон, мы оба резко поворачиваемся, но он успевает первым.

— Да?

В его голосе та же надежда, которая переполняет меня. Они увидели Валента. Уже рядом. Уже схватили Траяна…

Я быстро гляжу на экран, надеясь, что прожекторы поисковиков уже осветили врача и окрасили кадр ослепительным бело-зелёным светом.

Нет. Валент снова под водой. Похоже, он пытается подтянуть колени, чтобы поднять тело выше. Безуспешно.

— Да, — говорит Даниэль за моей спиной. То же слово, но теперь совершенно другим тоном.

Я оборачиваюсь. Его взгляд объясняет всё.

— Да. Мы едем.

Валент снова добирается до поверхности. Грудь ходит ходуном, он удерживается, затем обвисает. Я поворачиваюсь к Даниэлю, не понимая отчаяния на его лице.

— Что случилось?

Он отводит глаза.

— Его нашли. К сожалению, слишком поздно.

— Но почему…

В следующую секунду я понимаю, хотя не желаю принимать. Впиваюсь взглядом в экран — в видео, которое до этой минуты считала прямой трансляцией.

Нечеловеческим усилием Валент завоёвывает ещё один вдох.

— Идём, Нина. Нужно ехать.

— Нет.

Я не уйду. Теперь спешить некуда, а Валент заслуживает, чтобы я осталась с ним до конца.

Телефон звонит снова. Сквозь пелену замечаю, что Даниэль, вероятно, говорит с Арендт, а сама считаю секунды, которые Валент проводит под водой.

Тридцать две. Затем отчаянный рывок, словно совершённый одной лишь волей. Я не вижу, удалось ли ему вдохнуть.

Проходит двадцать секунд. Он пытается раскачать цепь, на которой висит. Напрасно. Движение прекращается.

— Нина?

Голова Валента прорывает поверхность, тело изгибается вверх почти так же высоко, как в самом начале. Он удерживается четыре секунды, несколько раз судорожно вдыхает и выдыхает, затем начинает дрожать и снова уходит под воду.

Судорога, — думает что-то во мне. Судорога мышц живота.

— Нина.

На этот раз Валент не остаётся под водой неподвижным. Он извивается, резким движением поднимает голову, кашляет и опять погружается.

Может быть, ещё один раз, — думаю я. Или два.

Их три. При последней попытке я вижу лицо Валента в трёх или четырёх сантиметрах под поверхностью. На одно мгновение оно замирает, затем опускается всё глубже в темноту.

Я жду, когда он сдастся. Когда по телу пройдёт последняя дрожь. Когда он вдохнёт воду.

Когда это происходит, я отодвигаю кресло и встаю. Прохожу мимо Даниэля к лифту.

Внизу вестибюль пуст, если не считать сотрудников у пропускного пункта. Я молча миную их и выхожу наружу — в ночь, на открытый воздух.

Каждый вдох отдаёт виной.

Я не спускаюсь на лифте до подземной парковки, а, подчиняясь какому-то чувству, выхожу на первом этаже. Двое сотрудников у пропускного пункта серьёзно кивают мне. Они знают, что произошло. В эту ночь об этом знает каждый, кто находится в управлении. Все видели трансляцию.

Выйдя из здания, я сразу замечаю Нину. Она сидит на невысокой стене в нескольких метрах от входа, крепко обхватив себя руками, опустив голову и подавшись вперёд. Я останавливаюсь перед ней и подавляю желание поднять её и обнять. Скорее всего, она меня ударит. Кажется, теперь я знаю её достаточно хорошо.

— Нина.