Книга Аноним, страница 120 – Урсула Познански, Арно Штробель

Как и прежде — никакого ответа.

Ладно, тогда придётся иначе выяснить, находится ли он здесь. Я открываю рот, глубоко набираю воздух и издаю протяжный крик. Ожидая реакции, втягиваю голову в плечи, готовясь к удару. Или к тому, что к голове снова прижмут ствол. Ничего не происходит.

Либо Траяна действительно нет в этой комнате, либо он не видит причин мешать мне кричать. В любом случае одно кажется несомненным: где бы я ни находился, шуметь можно сколько угодно. Меня никто не услышит.

Вторая мастерская, куда я звоню, оказывается той самой.

— Да, машина Даниэля Бухгольца стоит у нас. Он хотел забрать её вчера вечером, но не приехал. Наверное, уже не успел.

Теперь сомнений не остаётся. Я вылетаю из кабинета, бегу по коридору к Арендт и распахиваю дверь, не постучав.

Арендт говорит по телефону и раздражённо поднимает взгляд.

— Даниэль, — с трудом выговариваю я. — Он тот чиновник из списка Траяна. И он пропал.

Она торопливо извиняется перед собеседником и кладёт трубку.

— Бухгольц исчез?

— Да. Я хочу поехать к нему. Можете отправить туда криминалистов?

Она кивает.

— Отправлю. И возьмите с собой Фогельбуша.

Он был бы не первым моим выбором, но сейчас мне не до споров. И не до назойливых вопросов, которыми Фогельбуш засыпает меня по дороге. Тем более не до замечаний о моей манере вождения. Не проходит и пяти минут, как я впервые на него срываюсь; после этого он обиженно замолкает.

До квартиры Даниэля уже недалеко. Я представляю, как мы долго звоним, а потом он открывает — сонный, в халате. Цепляюсь за эту картину и пытаюсь силой превратить её в реальность, какой бы бессмысленной ни была такая попытка.

Но я не знаю, как выдержу иной вариант: Траян похитил не только Тома, но и Даниэля, чтобы отомстить мне за самовыдвижение. Два человека из моего окружения лидируют в голосовании; никто не убедит меня, что это случайность.

Свободных мест на улице нет, зато служебную машину я замечаю сразу — значит, вчера Даниэль вернулся домой. Останавливаюсь вторым рядом, выскакиваю и начинаю непрерывно звонить.

Он не открывает. Через минуту я нажимаю все кнопки подряд, и вскоре входная дверь отпирается.

Я бегу вверх по лестнице, не проверяя, следует ли Фогельбуш за мной, звоню в дверь Даниэля, колочу по ней и пытаюсь расслышать что-нибудь внутри. Тишина.

— Открой, проклятье! — ору я на дверь, словно это может что-то изменить, исправить действительность.

Фогельбуш поднимается ко мне по последним ступеням.

— Его нет? — спрашивает он, и за одну эту глупую фразу мне хочется столкнуть его обратно вниз.

Где-то этажом выше открывается дверь.

— Что здесь происходит?

Я показываю наверх.

— Лучше опроси соседей. Я сейчас немного…

— Не справляешься. Да, заметно.

И он поднимается ещё на пролёт.

Криминалисты приезжают через три минуты. Я отхожу от двери: сначала они проверяют её на следы взлома, потом вскрывают.

Чтобы не войти следом, мне требуются последние силы. В голове возникают картины брызг крови в спальне, следов борьбы, разгромившей безупречную гостиную. Мёртвого тела…

Нет. Тогда игра уже закончилась бы, а она не закончилась — это написал сам Траян. Откинься на спинку. Наслаждайся финалом. Тогда я ещё думала, что речь идёт только о Томе.

— Никого, — говорит один из криминалистов. — И не похоже, чтобы на Бухгольца напали здесь.